Ив Росси: Летайте с Реактивным Человеком-Самолетом

(Музыка)

Текст: Реактивный Человек-самолет Ив Росси

Большой Каньон

(Видео) Рассказчик: Многие тесты проводятся в то время как Ив привязан к крылу, потому что тело Ива является неотъемлемой частью летательного аппарата.

Текст: Испытания в аэродинамической трубе

Рассказчик: Крыло не имеет рулевого управления, ни закрылок, ни руля. Ив использует свое тело, чтобы управлять крылом.

Стефан фон Берген: Итак, он поворачивает просто склоняя голову в одну или другую сторону. А иногда он помогает руками, иногда даже ногами. Он ведет себя как человек-фюзеляж, так сказать. И это совершенно уникально.

Рассказчик: Выгибая спину, он набирает высоту. Выталкивая вперед плечи он переходит в пикирование.

Текст: Швейцарские Альпы

Пересечение Гибралтарского пролива,

пересечение Английского Канала,

Комментатор: Вот он идет. Вот Ив Росси. И я думаю, крыло открыто, крыло открыто. Итак, наш первый критический момент, если крыло открыто, когда он там внизу. Действительно ли он летит?

Второй комментатор: Похоже, что он стабилизировался. Он начинает набирать высоту.

Комментатор: Тот самый поворот на 90 градусов , о котором Вы говорите, который поднимает его . Он летит над каналом. Вот Ив Росси. Обратной дороги нет. Он над Английским Каналом и продолжает лететь. Дамы и господа исторический полет начался.

Воторой комментатор: А что он собирается делать при приближении к земле это потянуть вниз переключатели факелов, чтобы чуть замедлить движение, и затем плавно приземлиться.

Комментатор: Вот и он. Ив Росси только что призмелился в Англии.

Бруно Гиссани: А вот он в Эдинбурге. Ив Росси. (Апплодисменты) Со своей экипировкой.

Ив, добро пожаловать. Это просто удивительно. Эти записи были сделаны в течении трех последних лет в разные моменты Вашей жизни. А были еще и еще многие другие. Итак, это возможно - летать как птица. Ну и как там, наверху?

Ив Росси: Здорово! Здорово! (Смех) Перьев у меня нет Но иногда я ощущаю себя птицей. Это на самом деле фантастическое ощущение, потому что обычно эта большая штуковина самолет, вокруг тебя. А я, когда пристегну вот эти маленькие ремни безопасности, это маленькое крыло, и правда чувствую себя птицей.

БГ: С чего начался "Реактивный Человек-самолет"?

ИР: Около 20 лет назад. когда я испытал свободное падение. Когда ты выходишь из самолета ты практически голый. Ты принимаешь такое положение. И особенно, когда ты принимаешь отслеживающее положение , то у тебя такое ощущение, словно ты летишь. И это самое близкое по смыслу к мечте. Вокруг тебя нет машины. Ты просто находишься в настоящем моменте. Это очень недолго и только в одном направлении. Короче, идея была словом, сохранить это ощущение свободы но изменить вектор и продлить момент.

БГ: Можно полюбопытствовать, какая у Вас была максимальная скорость?

ИР: Около 300 км в час, прежде чем циклировать. Это приблизительно около 190 миль в час.

BG: А сколько весит оборудование, которое Вы несете с собой?

YR: Когда я выхожу с полным баком керосина, я вешу около 55 кг и у меня 55 кг на спине.

БГ: И Вы не пилотируете? Нет ни рычага, ни руля, ничего? Это чисто Ваше тело, и крылья становятся частью тела и наоборот?

ИР: Это как раз то, к чему я стремлюсь. потому что если мы добавим руль, то у нас опять получится самолет. А я хотел сохранить свободу движения. И это похоже на то, как ребенок изображает самолет. Я хочу снижаться таким образом. И подниматься вверх, и поворачивать. Это и есть - летать по-настоящему. Это не руление, это полет.

БГ: А как Вы тренируетесь, лично, для полета?

ИР: На самом деле я просто стараюсь подерживать форму. Никаких особых физических упражнений я не делаю. Просто стараюсь поддерживать собственную мобильность через новые виды деятельности. Например, прошлым летом я начал заниматься кайт-серфингом- новые занятия, одним словом. А это значит, к ним нужно адаптироваться. Потому что у меня довольно большой опыт управления системами как у пилота, но на самом деле тебе нужна определенная текучесть, проворность, и быстрая адаптация.

БГ: Кто-то из аудитории спросил меня, "А как он там дышит?" потому что Вы летите быстро и на высоте 3000 м или около этого.

ИР: Ну да, до 3000 м, особой проблемы с кислородом нет. Вот например, велосипедисты, у них такая же скорость. У них обычные шлемы, интегральные, и проблемы с дыханием нет.

БГ: Опишите Вашу экипировку, раз уж она у Вас с собой. Итак, четыре мотора Бритлинг.

ИР: Да, размах крыла 2 метра Высокостабильный профиль. Четыре маленьких двигателя, 22 кг тяги каждый, турбины, работающие на керосине. Ремень безопасности, парашют. Мои единственные инструменты - альтиметр и время. Я знаю, что запас топлива у меня на где-то около восьми минут. Так что проверяю, прежде чем оно закончится. (Смех) Ну вот в общем и все. Два парашюта. Это значит, если у меня проблема при открытии первого у меня остается возможность открыть второй. С ними я и живу. И это очень важно для моей безопасности. Я использовал эту схему в течении последних 15 лет раз двадцать- никогда с этим типом крыла, а когда я только начал. Я могу выпустить свое крыло когда я на спине или в неустойчивом положении.

БГ: Мы видели полет над Гибралтаром в 2009 когда Вы утратили контроль и нырнули в облака а затем в океан. Это как раз был один из тех случаев, когда Вы отстегнули крыло, не так ли?

ИР: Да. Я попробовал в облаках, но ориентация теряется полностью. Я снова предпринял попытку набрать высоту. Подумал, ладно, у меня получится выйти из пике. Но скорее всего я сделал что-то типа этого.

БГ: Что-то типа того, что выглядит не очень безопасно в кадре.

ИР: Да, ощущения прекрасные, но не достаточная высота. Итак следующее что я увидел была голубизна Это было море. У меня есть и звуковой альтиметр. Так я был на своей минимальной высоте в этом векторе - быстро- поэтому я вытащил его. И затем я открыл-таки свой парашют.

БГ: Итак, у крыльев есть свои парашюты, и у Вас есть два своих.

ИР: Именно так. У крыла есть свой спасательный парашют по двум причинам: во-первых я могу починить крыло после полета а самое главное, никто не получит крылом по голове.

БГ: Понятно. Могли бы Вы вернуться вот сюда. Это и правда рискованное дело. Люди погибали, пытаясь осуществить нечто подобное. А Вы не выглядите как сумасшедший, Вы пилот швейцарских авиалиний Вы скорее всего человек, который все тщательно контролирует. Я так понимаю, что существуют некие стандарты.

ИР: Ну, такого контрольного списка у меня нет.

БГ: Этого мы не скажем Вашему начальству.

ИР: Нет, это на самом деле два разных мира. Гражданская авиация это то, что мы знаем очень хорошо. У нас есть сотни лет опыта. И мы можем приспосабливаться очень точно. Вот к этому мне приходиться приспосабливаться заново. Это значит нужно импровизировать. Так что это действительно нечто между этими двумя подходами. Все, что я знаю так хорошо - вот эти принципы, например, у нас есть два мотора в Аэробусе но можно лететь и на одном. План Б, всегда есть план Б. В боевом самолете у тебя есть катапультирующееся кресло. Вот мое катапультирующееся кресло. Я подхожу к этому как профессиональный пилот с уважением первооткрывателя перед лицом Матери-Природы.

БГ: Хорошо сказано. Очень хорошо сказано. Что случится, если один из моторов заглохнет?

ИР: Я делаю оборот и затем стабилизируюсь и в соответствии с высотой я продолжаю на двух или трех моторах. Иногда это возможно - довольно трудно это объяснить- но в зависимости от того, в каком режиме я летел, я могу продолжить на двух и найти подходящее место для посадки, а затем открыть мой парашют.

БГ: Итак, в начале полета Вы просто выпрыгиваете из самолета или вертолета, ныряете и ускоряете моторы, и тогда где-нибудь в воздухе Вы отрываетесь и летите. А затем посадка, как мы видели, прибытие на другую сторону пролива, с помощью парашюта. Из любопытства, где Вы приземлились, когда летели над Большим Каньоном? Вы приземлились на край, или на дно?

ИР: На дно. И я прибыл назад на санях вертолета. А на вершине было слишком каменисто и полно кактусов.

БГ: Именно поэтому я и задал этот вопрос.

ИР: И течения там тоже непростые. Существует большая тепловая активность, большая разница в высоте. Было намного безопаснее приземлиться на дно.

БГ: Я догадываюсь, что многие в нашей аудитории задаются вопросом: Хорошо, когда Вы разработаете двухместное сиденье чтобы они могли летать с Вами?

ИР: У меня есть стандартный ответ. Вы когда-нибудь видели птичий тандем?

БГ: Отличный ответ. (Апплодисменты) Ив, последний вопрос. Что дальше? Какие планы у Реактивного Человека-самолета?

ИР: Во-первых, инструктировать молодого пилота. Я хочу поделиться своим опытом чтобы летать формациями. И я собираюсь начать со скалы, вроде как катапультироваться со скалы.

БГ: Вместо того чтобы прыгать с самолета, да?

ИР: Да, с целью взлететь, но с начальной скоростью. На самом деле, я иду шаг за шагом. Это выглядит безумством, но это не так. Возможно начать уже сейчас, просто это опасно. (Смех) Благодаря развивающейся технологии, улучшенной технологии, это будет безопасно. Я надеюсь - будет для всех.

БГ: Ив, большое Вам спасибо. Ив Росси.

(Апплодисменты)