Вилли Смитс возрождает тропический лес

Как-то раз мы с женой шли по рынку, и кто-то сунул мне в лицо клетку. И там, между решетками, я увидел глаза, печальнее которых мне не приходилось видеть в жизни. Вот так я впервые повстречался с тяжело больным детенышем орангутанга. В тот вечер, после наступления темноты, я вернулся на рынок и услышал "ууу, ууу", и, как и следовало ожидать, нашел на мусорной свалке умирающего детеныша орангутанга. Конечно, клетку я забрал. Я взял малышку на руки, начал ее массажировать, насильно поил водой до тех пор, пока она не начала нормально дышать.

Это Учи. Сейчас она живет в джунглях Сунгай Уэйнь, а это ее второй сын, Матахари, который также является сыном второго спасенного мною орангуганга по имени Додой. Это событие сильнейшим образом изменило мою жизнь, и на сегодняшний день в двух моих питомниках содержится почти тысяча детенышей орангутангов.

Аплодисменты

Нет-нет-нет. Это неправильно. Это ужасно. Это доказывает нашу неспособность спасти их в в естественных условиях. Это нехорошо. Это просто служит доказательством того, что никто из нас не поступает так, как нужно. В питомнике содержится больше орангутангов, чем во всех зоопарках мира вместе взятых и на каждого спасенного шесть исчезает из леса.

Причиной всех этих проблем является уничтожение лесов, в особенности масличных пальм, с целью обеспечения западных стран биотопливом. А эти леса растут на торфяниках толщиной в 20 метров, которые являются крупнейшими в мире залежами органического материала. Когда на этих торфяных плантациях начинают выращивать масличные пальмы, возникает некое подобие "углекислотных вулканов", которые выбрасывают в атмосферу такое количество углекислоты, что в теперь по количеству выбросов газов в атмосферу наша страна занимает третье место в мире после Китая и Соединенных Штатов, а при этом у нас в стране нет никакой промышленности. И все это только из-за подобного уничтожения лесов.

Это ужасные кадры. Я не буду долго на этом останавливаться, но у Учи так много родичей, которым не повезло, и которые не смогли выжить в этих лесах, подвергающихся вырубке, и теперь я не знаю, где их содержать. Поэтому я решил найти для Учи какое-то решение, которое принесло бы пользу и ей, и тем людям, которые пытаются эксплуатировать эти леса, которые стараются извести весь лес, до последнего дерева, и тем самым уничтожают среду обитания животных и самих животных.

Поэтому я создал проект для орангутантов в месте под названием Самбоджа Лестари, и идея замысла была создать этот проект в наихудшем месте, которое только можно было бы придумать, где бы не действительно не осталось ничего, и тогда ни у кого не было бы предлога сказать мне "Да, но..." Нет. Чтобы любой смог бы сделать то же самое.

Итак, мы в Восточном Борнео. Это место, где все начиналось. Как вы видите, там только желтая земля, там не не осталось ничего, за исключением редкой травы. В 2002 г. половина местных жителей были безработными. Преступность была на высочайшем уровне. Люди тратили уйму денег на лечение и питьевую воду. Там не осталось никакого сельскохозяйственного производства. Из всей провинции это был самый бедный район с полностью уничтоженной живой природой. Он походил на биологическую пустыню. Когда я стоял среди травы, было жарко - не было слышно даже жужжания насекомых - лишь шелест колышущейся травы.

Несмотря на это, четыре года спустя мы создали более трех тысяч рабочих мест. Изменился климат, я вам покажу - теперь нет ни наводнений, ни пожаров. Этот район перестал быть самым бедным, и значительно выросло биоразнообразие. У нас имеется более тысячи видов деревьев; на сегодняшний день у нас 137 видов птиц. 30 видов пресмыкающихся.

Так что же здесь произошло? В этом лесу человеческая деятельность привела к колоссальному экономическому провалу. По сути, весь процесс уничтожения этого леса прошел несколько медленнее по сравнению с тем, что происходит сейчас с вырубкой лесов под плантации масличными пальмами. Но мы наблюдали одну и ту же картину - существовала подсечно-огневая система земледелия; люди не могли себе позволить купить удобрения, поэтому они сжигали деревья и, таким образом, получали необходимые минералы. Учащались пожары, и через некоторое время оставалась земля, полностью лишенная плодородия. Там не осталось деревьев. И все же, на этом месте, в этой земле, поросшей травой, там, где на холме виднеется наша самая первая постройка - офис, четыре года спустя на поверхности земного шара появилось это зеленое пятно.

Аплодисменты.

И там обитают все эти животные, живут все эти довольные люди и существует экономическая выгода.

Так как же это возможно? Все очень просто, если вы ознакомитесь со стадиями этого процесса: мы купили землю, мы устранили пожары и только потом занялись возрождением леса, используя лесовосстановление в сочетании с сельским хозяйством. Только после этого мы создали инфраструктуру, управление и финансы. Но мы проследили, чтобы на всех этапах в процесс были полностью вовлечены местные жители, для того, чтобы нам не могли помешать никакие внешние силы. Чтобы местные жители превратились в защитников этого леса. Поэтому мы придерживались принципа триединства "люди, доход, планета", но мы добавили еще и надежный юридический статус - потому что если лес принадлежит государству, то люди говорят, что лес принадлежит каждому и всем одновременно. Затем мы задействовали такие принципы, как прозрачность, профессиональное руководство, измеримые результаты, масштабируемость, воспроизводимость и так далее.

Мы придумали, как, начав с нуля, достигнуть своей цели. Этот метод разрабатывается на основе подконтрольных вам факторов. Будь то навыки, удобрения, либо выбор деревьев для посадки. Затем вы берете результат и измеряете его показатели. В эту "формулу успеха" также входят и затраты. Вам также известны и необходимые трудозатраты. Если использовать эту формулу для проектов на песчаной почве, глиняной почве, для крутом откосе, равнинной почве, вы будете использовать все эти различные методы; объединив их, вы получите бизнес-план, план работы, и его можно оптимизировать для доступного количества трудовых ресурсов или объема удобрений, и у вас все получится.

Вот как это выглядит на практике. Вот от этой травы мы ходим избавиться. Ее корни выделяют частицы подобные цианистому калию, Хотя деревья акации представляют собой очень низкую ценность, они нам необходимы для восстановления микроклимата, защиты почвы и вытеснения травы. И тогда через восемь лет деревья акации можно пустить на пиломатериалы, которые сохраняются - при условии правильного их хранения, конечно же - при помощи бамбуковой коры. Это старинный метод, который использовался в Японии при строительстве храмов, однако бамбук очень легко воспламеняется. Поэтому если бы мы посадили его в самом начале, то существовал бы значительный риск снова утратить все. Поэтому мы посадили бамбук позже, вдоль каналов для пропуска воды чтобы фильтровать воду, обеспечить сырьем как раз к тому времени, когда в наличии появится древесина.

Итак, идея такова: как объединить эти процессы в пространстве, времени и при этом располагая ограниченными ресурсами. Итак, план таков: мы сажаем деревья, мы сажаем эти ананасовые деревья, а между ними бобы и имбирь для того, чтобы снизить конкуренцию между деревьями; удобрения для зерновых - органические вещества полезны для сельскохозяйственных культур, и для людей, но они также приносят пользу деревьям; у фермеров в наличии свободная земля; эта система приносит ранний доход, орангутанги получают здоровую пищу и мы можем ускорить процесс восстановления экосистемы, и при этом даже экономим деньги.

Какая красота! Какая идея!

Но так ли это легко на самом деле? Не совсем, если мы вспомним, что случилось в 1998 г., когда начались пожары. Это территория площадью примерно в 50 млн. га. Январь. Февраль. Март. Апрель. Май. В течение нескольких месяцев мы потеряли 5.5 млн. гектаров леса. Причиной тому были десятки тысяч подземных пожаров, похожих на те, что происходят здесь в США в шт. Пенсильвания. А когда высыхает земля, приходит засуха, в земле образуются трещины, в них проникает кислород, из земли вырывается пламя и все начинается снова.

Так как же разорвать этот порочный круг? Самой большой проблемой являются пожары. Вот как выглядел этот район на протяжении трех месяцев. В течение трех месяцев не гасло наружное автоматическое освещение, из-за того, что на улице стояла такая темнота. Мы потеряли весь урожай зерновых, никто из детей в течение года не набрал вес. У них на 12 баллов снизился коэффициент умственного развития, для людей и орангутангов это была катастрофа. Поэтому мы начали свою работу именно с предотвращения пожаров. Вот почему я выделил это отдельным пунктом. И в этом нужна помощь местных жителей, потому что стоит этим травяным лугам загореться, как огонь распространяется по ним с ураганной скоростью, и с первым дождем всю до последнего золу и питательные вещества смывает в море, что приводит к уничтожению коралловых рифов.

Поэтому нужно работать в сотрудничестве с местными жителями. Это временное решение проблемы, но необходимо решение, которое бы работало на протяжении длительного времени. Поэтому мы обсадили всю эту территорию по кругу сахарными пальмами. Как выясняется, эти сахарные пальмы огнестойки а также, кстати, устойчивы к наводнениям. И они обеспечивают высокий доход местным жителям.

Вот как это выгдядит: всего дважды в день на пальме делается миллиметровый разрез, и единственное, что вы получаете, это пальмовый сок, углекислый газ, дождевые осадки и немного солнца. По существу, вы превращаете эти деревья в биологические фотоэлектрические элементы. Из них можно получить так много энергии потому, что они вырабатывают в три раза больше энергии на каждый гектар в год, потому, что их можно подсачивать каждый день. Вам не нужно собирать урожай из плодов или других частей растения.

Таким образом здесь у нас имеется сочетание еще неосвоенного генетического потенциала тропиков и технологий, однако юридическая сторона вопроса также должна быть в полном порядке. Итак, мы купили этот участок земли и вот в такой глуши мы и начали запускать наш проект. Увеличив изображение, вы увидите, что вся эта территория разделена на узкие участки с различными типами почв, и мы на самом деле наблюдали, измеряли каждое дерево на этих 2 тыс. га, 5 тыс. акрах. А этот лес действительно особенный.

Что я здесь сделал - так это просто последовал примеру природы, которая не признает монокультур, ведь природные леса - это многоуровневые структуры. Это значит, что и в земле, и над ее поверхностью, лес более эффективно использует имеющийся в его распоряжении свет, он может сделать более крупные запасы углерода, обеспечить большее количество функций, но эта система более сложная, тут все не так просто, и нужно работать в сотрудничестве с местными жителями.

Поэтому мы, следуя примеру самой природы, начали выращивать быстрорастущие виды деревьев, а под ними - огромное разнообразие более медленно растущих деревьев первичного леса. Они оптимально используют этот свет, а затем, что столь же важно, привлекают нужные грибки, которые будут размножаться на листьях этих деревьев, и в течение суток поставят к корням деревьев, только что сбросивших эти листья, питательные вещества. Они превращаются в подобие насосов питательных веществ, а для связывания азота необходимы бактерии, и без этих микроорганизмов не добиться никакого результата.

И затем мы начали высадку деревьев - всего лишь по тысяче в день. Мы могли бы посадить намного больше, но мы этого не делали, потому что хотели поддерживать стабильное количество рабочих мест. Мы не хотели потерять этих людей, которые приходили работать на нашу плантацию. А там у нас много работы. Мы используем деревья-индикаторы, чтобы установить тип почвы, или овощей или деревьев, которые вырастут на этих почвах. И за каждым из этих деревьев мы наблюдаем из космоса.

Вот как этот район выглядит в реальности, территория обсажена по кругу кольцом сахарных пальм шириной в сто метров, эти пальмы приносят доход 648 семьям. Это всего лишь небольшая часть этой территории.

Расположенный здесь лесопитомник сильно отличается от других лесопитомников. Если взглянуть на число видов деревьев, произрастающих в Европе, к примеру, на территории от Урала до Англии, вы знаете, сколько существует этих видов? 165. Число видов, которые будут разводиться в нашем лесопитомнике, превысит эту цифру в десять раз. Представляете? Необходимо знать, с чем вы работаете, но именно аспект разнообразия позволяет добиться желаемого результата. Что возможно, начав с нуля, сдвинуться с мертвой точки, высаживая овощи и деревья, или сразу же деревья, рядами в той траве создавая буферную зону, производя компост, а затем следя за тем, чтобы на каждом этапе этого растущего леса было возможно использовать урожай. В начале это могут быть ананасы, бобы и кукуруза. На втором этапе, там будут высажены бананы и папайи. В дальнейшем, шоколадные деревья и стручковый перец. А потом деревья начнут постепенно разрастаться, принося урожай плодов, пиломатериалов и древесного топлива. И наконец, рощи сахарных пальм вытеснят все остальное и обеспечат местных жителей постоянным доходом.

В верхем левом углу, под зелеными полосами видны белые точки - в действительности, это отдельные ананасовые деревья, которые видны из космоса. А в этом районе мы начали выращивать деревья акации, которые вы уже видели. Это спустя год. А это два года спустя. А тот зеленый луг, который виден с башни, это место, где мы начали свою борьбу с травой. Мы высаживаем саженцы вперемежку с банановыми деревьями, папайями, различными зерновыми для местных жителей, но тем временем деревья также растут быстро. И через три года у нас имелось 137 видов птиц.

Аплодисменты.

Мы понизили температуру воздуха на 3-5 градусов по Цельсию. Влажность воздуха поднялась на 10 процентов. Усилилась облачность - я вам сейчас это продемонстрирую. Выросло количество осадков. Не говоря уже о всех этих видах животных и прибыли.

Три года назад это экологически безопасное поселение, которое я построил, было безжизненной желтой равниной. Мы подключены к спутниковому ретранслятору Европейского Космического Агенства, что позволяет нам иметь фотографии с каждого спутника, проходящего над нашим районом и проводящего калибровку. Мы используем эти снимки для анализа того, как развивается лес, сколько вырабатывается углекислого газа, и благодаря нашему сотрудничеству мы можем наблюдать за каждым деревом. Однако теперь мы можем использовать эти данные и для того, чтобы и другие районы задействовали подобные же методы и такую же технологию. В этом направлении мы уже сотрудничаем с поисковой системой Google Earth. Если вы смогли бы разместить приборы слежения в грузовиках и использовать их в комбинации с Google Earth, то тут же смогли бы определить, какое пальмовое масло производится экологически чистым методом, какая фирма ворует лесоматериалы, и смогли бы намного эффективнее предотвратить выброс углерода в атмосферу, нежели каким-либо иным методом сохранения энергии.

Итак, это район Самбоджа Лестари, вы наблюдаете за восстановлением леса, а также можете определить динамику восстанавления биологического разнообразия. А биоразнообразие - это показатель того, сколько необходимо воды; сколько необходимо иметь лекарств. И, наконец, я превратил этот лес в дождевую машину, потому что теперь он сам создает свой собственный дождь. В расположенном неподалеку городе Баликпапан существует большая проблема с водой, город на 80 процентов окружен морем, и сейчас там в значительной мере можно наблюдать интрузию. Тогда мы занялись вопросом облачности над лесом, и проанализировали участки лесонасаждений, полуоткрытые и открытые участки.

Взгляните на эти снимки. Я их сейчас быстро прокручу. В тропиках дождевые капли формируются не из кристаллов льда, в отличие от зон умеренного климата, для вызова дождя в тропиках необходимо наличие деревьев, листья которых выделяют [неразборчиво], химические вещества, которые и вызывают формирование осадков. Поэтому вы создаете прохладное место, где могут сформироваться облака, и у вас есть деревья, которые вызовут выпадение осадков. Взгляните, теперь здесь теперь на 11.2 процента больше облаков, нежели три года назад. А уровень выпадения осадков уже повысился на 20 процентов. Теперь взгляните на показатели следующего года, и вы увидите, что эта тенденция продолжается. Там, где сначала уровень дождевых осадков был маленьким, теперь он расширяется и растет. Взглянув на режим распределения осадков над Самбоджа Лестари, мы видим, что раньше этот район был самым засушливым, а теперь мы здесь наблюдаем стабильное максимальное выпадение осадков. Это значит, что можно в самом деле изменить климат. Когда дуют пассаты, тогда, конечно же, эффект исчезает, но затем, как только устанавливается ветер, над этим районом вновь начинает резко возростать выпадение осадков.

Поэтому говорить, что все это безнадежно - неправильно, ибо мы действительно можем изменить исход дела, при условии комплексного задействования различных технологий. Наука, конечно же, играет здесь не последнюю роль, но, все-таки, все, в основном, зависит от самих людей, от знаний и образования. У нас есть собственные школы фермеров. Однако нашим главным достижением, конечно же, является наш ансамбль, потому что когда рождается ребенок, мы даем концерт, и мы - одна семья, а с членами семьи лучше не ссориться!

Вот как это выглядит. Эта дорога идет по всей территории, по ней местным жителям поставляют электричество и воду с нашего района. Этот участок засажен сахарными пальмами, а здесь - заграждение из пальм с очень колючими шипами. Оно отделяет территорию людей от территории орангутангов, которая расположена посередине. А внутри имеется этот участок для восстановления леса, - некий генофонд, позволяющий нам сохранить живым весь этот материал, потому что за последние 12 лет ни один из саженцов тропических лиственных деревьев не вырос в связи с тем, что исчезли необходимые для этого климатические факторы. Все семена съедаются.

Поэтому теперь мы ведем внутреннее наблюдение с башен, спутников, сверхлегкой авиации. Все семьи, продавшие нам свою землю, теперь получают обратно участок земли. Участки огорожены замечательным двойным ограждением из тропических лиственных деревьев, в первый год высаживаются деревья, дающие тень; затем подсаживаются сахарные пальмы, а потом - это колючее заграждение. И через несколько лет уже можно срубить некоторые из этих тенистых деревьев, местные жители получают древесину акации, которая сохраняется с помощью бамбуковой коры, и теперь они уже могут построить дом, у них есть дрова на растопку и приготовления пищи. И они могут начать зарабатывать себе на жизнь от этих деревьев столько, сколько им заблагорассудится. Этого дохода достаточно для проживания трех семей. Но чтобы вы ни делали в рамках этого проекта, это должно в полной мере поддерживаться местными жителями, а это значит, что проект должен быть адаптирован к местным культурным традициям и ценностям. Не существует единого рецепта успеха.

Также необходимо проследить, чтобы не существовало злоупотреблений и коррупции, чтобы проект был прозрачен. К примеру, здесь, в Самбоджа Лестари, все участвующие в нашем проекте поделены на 20 групп семей. Если одна из этих семей-участников нарушает договор и срубает деревья, то остальные 19 групп семей должны решить, какие меры будут приняты к нарушителю. Если эта группа не принимает никакого решения, то остальные 33 группы должны решить, что станет с той семьей, которая не выполнила тех великолепных условий, которые мы ей предлагаем.

В Северном Сулавеси участники проекта объединены в кооператив, тамошние местные нравы основаны на демократии поэтому для защиты своего проекта мы можете прибегнуть к местной системе судопроизводства. Итак, резюмируя, в первый год местные жители продают свою землю, чтобы заработать деньги, однако они получают обратно рабочие места в строительстве и восстановлении леса, в работе с орангутангами; они также могут использовать древесные отходы для изготовления изделий ручной работы. Они также бесплатно получают участки земли между посадками деревьев, на которых они могут выращивать зерновые. Теперь они могут продавать часть фруктов для кормежки орангутангов. Они получают строительные материалы для постройки домов, контракт на продажу сахара, и, таким образом, на местах мы можем производить огромное количество этилового спирта и электроэнергии. Также они извлекают выгоду и с экологической точки зрения, зарабатывают деньги, получают образование, много чего.

И все это основано на одном - обеспечить условия для того, чтобы лес выжил. Если мы хотим помочь орангутангам - а это было моей первоначальной целью - мы должны позаботиться о том, чтобы именно местные жители получили пользу от этого проекта. И я думаю, что ключ к решению этой задачи можно выразить одним словом - интеграция. Я надеюсь, что если вы заинтересовались этим проектом, вы сможете прочитать больше на эту тему.

Аплодисменты.