Туласирай Равилла: Доступная офтальмологическая помощь мирового уровня

Доброе утро. Я здесь, чтобы поделиться с вами попыткой избавиться от одного из видов человеческого страдания. Это история доктора Венкатасвами. Его миссия и его послание - это система офтальмологической помощи "Аравинд". Сперва, я думаю, нам важно понять, каково это - быть слепым.

(Музыка)

Женщина: "Где бы я ни искала работу, мне везде отказывали, потому что какая польза от слепой женщины? Я не могла даже нитку в иголку вставить и не видела вшей в своих волосах. Если муравей попадал в мой рис, я его тоже не видела".

Туласирай Равилла: Сам факт играет большую роль, но, по-моему, слепота лишает человека средств к существованию, достоинства, независимости и статуса в семье. Эта женщина - всего лишь одна из миллионов слепых. Ирония заключается в том, что они могут избежать слепоты.

Простая проверенная операция может вернуть зрение миллионам, а ещё более простая вещь - очки - могут помочь видеть ещё миллионам человек. Если добавить сюда тех, кто, как многие в этом зале, нуждается в очках для повышения производительности труда, то офтальмологические услуги необходимы каждому пятому жителю в Индии - это ошеломляющая цифра в 200 миллионов людей. Сегодня мы способны оказать помощь лишь менее 10% из них.

В таких услових, около 30 лет назад, появился проект "Аравинд", над которым после выхода на пенсию начал работать доктор В[енкатасвами]. У него не было никакого начального капитала. Он вынужден был заложить всё своё имущество, чтобы взять заём в банке. Со временем проект вырос до сети из пяти клиник, преимущественно в штате Тамил Наду и Пудучерри, а затем добавилось несколько так называемых Центров Зрения, которые стали малыми филиалами клиник на периферии. Недавно мы открыли клиники в других частях страны, и даже в других странах.

За последние три десятилетия мы провели 3,5 миллиона операций, большинство из них - для бедных людей. Каждый год мы проводим около 300 тысяч операций. За один день в "Аравинде" мы проводим около одной тысячи операций, принимаем около шести тысяч пациентов, отправляем группы для обследования пациентов и доставки их домой, даём множество удалённых консультаций, и, наконец, проводим тренинги, как для врачей, так и для лаборантов, которые потом станут будущими сотрудниками "Аравинд".

Такая работа, изо дня в день, работа на совесть, требует много вдохновения и упорного труда. Думаю, что мы достигли этого благодаря тем фундаментальным принципам, которые заложил доктор В [енкатасвами], а именно: благодаря системе ценностей, эффективному процессу лечения и поощрению инновационной культуры.

(Музыка)

Доктор В.: "Я лечил обычных деревенских жителей, потому что сам я из деревни. Это пришло неожиданно: я как будто вступил в контакт с внутренним миром человека, как будто был с ним одним целым. Это душа, преисполненная простотой веры. "Доктор, я приму всё, что вы скажете". Это безоговорочная вера в меня - и мой ответ на эту веру. Эта старая женщина так сильно в меня верила, что я должен сделать для неё всё, что в моих силах. Когда мы растём духовно, мы олицетворяем себя со всем миром, поэтому нет места эксплуатации. Мы помогаем сами себе. Мы лечим сами себя.

(Аплодисменты)

Это позволило нам создать высоко этичную и ориентированную на нужды пациента организацию и поддерживающие её системы. На практическом же уровне, услуги нужно поставлять эффективно, и, как ни странно, на это вдохновил МакДональдс.

Доктор В.: "Концепция МакДональдса проста. Они могут одинаково тренировать людей по всему миру вне зависимости от их религии, культуры - всех подобных вещей, чтобы в сотнях мест одинаково производить и поставлять клиенту один и тот же продукт".

Ларри Бриллиант: "Он говорил и говорил о МакДональдсе и гамбургерах, и мы ничего не могли понять. Он хотел создать франчайзинговую сеть предоставления офтальмологической помощи - столь же эффективную, как у МакДональдса".

Доктор В.: "Предположим, я могу предоставлять офтальмологическую помощь, используя одинаковые приёмы и методы, и сделать её доступной в любой точке мира. Проблема слепоты будет решена".

ТР: Если подумать, глазное яблоко у всех одинаково, будь ты американец или африканец. И проблемы, и их решения - одинаковы. И тогда качество и сами услуги не должны отличаться - это фундаментальный принцип, которому мы следовали, когда разрабатывали систему. Огромная трудность была в том, что это масштабная проблема - мы говорим о миллионах людей, и при этом очень мало ресурсов, необходимо решить вопросы логистики и доступности.

Кроме того, необходимо постоянно внедрять инновации. Одна из наших ранних инноваций, которая внедряется до сих пор, - вызвать у местного населения чувство сопричастности к проблеме, а затем вовлечь их в качестве партнёров. Один из примеров - лагерь, недавно созданный местными жителями. Они сами находят место и волонтёров, и только потом мы делаем свою работу, то есть проверяем зрение, далее врачи определяют проблему и назначают дальнейшее обследование, после лаборанты выполняют тесты: проверяют зрение и ищут симптомы глаукомы.

На основе результатов тестов врачи ставят окончательный диагноз и назначают лечение. Если пациенту нужны очки, он может их получить прямо в лагере, обычно под деревом. Но оправу для очков они выбирают сами - и это важно, потому что очки, кроме своей прямой функции, выполняют ещё роль модного аксессуара, за который пациенты готовы платить. Очки они получают через 20 минут. Если пациентам необходима операция, с ними проводится консультация, потом их сажают в автобусы и отвозят в главные клиники.

Если бы не такая логистика и поддержка, то многие люди никогда не получили бы подобных услуг, когда они в них так нуждались бы. Операция делается на следующий день, после чего ещё день-два пациенты проводят в клинике. Потом их снова сажают в автобус и отвозят обратно, где их ждёт семья, чтобы отвезти домой.

(Аплодисменты)

И так повторяется несколько тысяч раз в год. Кажется впечатляющим, что мы наблюдаем столько пациентов ежегодно, это очень эффективный процесс. Но решаем ли мы проблему? Мы провели научное исследование и, к нашему разочарованию, обнаружили, что охватываем только семь процентов нуждающихся и не в достаточной мере справляемся с ещё большими проблемами.

Мы должны были предпринять что-то совершенно иное. И мы учредили центры первичной офтальмологической помощи, центры зрения. Эти офисы используют только электронные носители информации, медицинские записи ведутся только в электронном виде. В этих центрах осуществляется полная диагностика глаз. Мы приспособили обычные цифровые камеры для фотографирования для сетчатки глаза, и каждый пациент может получить удалённую консультацию врача.

Результат этого новшества мы ощутили уже в первый год - доля проникновения на рынок составила 40%, то есть более 50 тысяч людей. На следующий год эта доля увеличилась до 75%. Я думаю, что с помощью такой модели мы действительно можем проникнуть на рынок и предоставить лечение каждому нуждающемуся. Применение технологий в этом процессе делает возможным дистанционные консультации пациентов.

Сколько же они платят за это? Мы установили цену на уровне того, что они заплатили бы за поездку в город на автобусе, то есть порядка 20 рупий [12 рублей] за 3 консультации.

(Аплодисменты)

Другая проблема - как предоставить высокотехнологичное и улучшенное лечение? Мы придумали передвижную мини-клинику со спутниковой связью, который посылает снимки пациентов в основную клинику, где снимки диагностируют. Готовый отчёт сразу посылается обратно и распечатывается для пациента. После пациент получает консультацию о дальнейших действиях, то есть следует ли ему пойти к доктору или вернуться через шесть месяцев. Весь этот процесс связывает воедино технологические знания.

Внедрённая [модель] послужила росту рынка, потому что фокусировалась на тех, кого мы ещё не охватили. Получив доступ к ранее не доступным пациентам, мы способны значительно увеличить рынок.

Ещё один аспект - как оставаться эффективными, когда в штате очень мало офтальмологов? На этом видео хирург делает операцию, в то время как на соседней койке готовят следующего пациента. Когда операция окончена, микроскоп просто передвигают, а столы уже расположены так, как надо. Мы вынуждены так делать, потому что данный процесс позволяет в четыре раза увеличить продуктивность хирурга.

Хирургу, конечно, нужны ассистенты. Мы нанимаем девушек из деревни, и они поистине становятся опорой организации. Они выполняют всю рутинную работу в клинике. Каждая из них выполняет конкретное действие. В итоге у нас высокая производительность, очень высокое качество и очень-очень низкие издержки. Так что, принимая всё это во внимание, оказывается, что производительность нашего персонала гораздо выше, чем где бы то ни было.

(Аплодисменты)

Это очень напряжённый процесс, но он говорит о том, что когда дело доходит до качества, наши системы обеспечения качества оказываются очень надёжными. В результате, осложнений у нас гораздо меньше, чем в Великобритании, а такие цифры не часто видишь.

(Аплодисменты)

Последний фрагмент этого решения - откуда вы берёте средства, особенно, когда пациенты не в состоянии заплатить за лечение? Мы много делали бесплатно, кто-то платил по местным ценам, не более того, а кто-то - меньше. Нам помогла неэффективность рынка. Это всегда было нашим спасением, даже сейчас. И, конечно, важно желать отдавать то, что имеешь в излишке.

В итоге, со временем, расходы увеличились пропорционально обороту. Но доходы увеличились ещё больше, и, следовательно, возросли прибыли. При этом большое количество людей мы лечим бесплатно. В абсолютных числах, в прошлом году доходы составили 20 миллионов долларов, а расходы - около 13 миллионов. Таким образом, операционная прибыль составила 40 процентов.

(Аплодисменты)

Но чтобы действительно решить проблему слепоты, необходимо даже выйти за рамки того, что мы делаем или уже сделали. И мы нашли неожиданное решение. Мы создали сами себе конкуренцию: сделали лечение глаз ещё более доступным, производя дешёвые расходные материалы. Мы быстро и систематично внедряли эту практику в клиниках Индии, даже у наших ближайших конкурентов, а также в других странах. В итоге, эти клиники уже на второй год после наших консультаций удвоили эффективность и улучшили финансовые результаты.

Другой вопрос - как справиться с ростом затрат на технологию? В своё время мы не смогли договориться о доступной цене [на внутриглазные линзы], поэтому организовали своё производство. Со временем мы смогли значительно сократить издержки до двух процентов от первоначального уровня. Сегодня наша доля составляет семь процентов мирового рынка, и мы присутствуем более чем 120 странах.

Последний вопрос: то, что мы делаем, применимо ли это в других странах, или ограничивается только Индией или развивающимися странами? Чтобы ответить на этот вопрос, мы сравнили [лечение глаз] в Великобритании и "Аравинд". Оказалось, что мы выполняем приблизительно 60 процентов от объёма Великобритании, составляющего около полмиллиона операций в одной стране. Мы же выполняем около 300 тысяч. Мы подготавливаем порядка 50 офтальмологов против их 70, всё это при сравнимом качестве, как в подготовке врачей, так и в лечении пациентов. Мы сопоставляем действительно сравнимые величины. Но посмотрите-ка на издержки. (Смех)

(Аплодисменты)

Легко сказать - всё это потому, что Великобритания - это не Индия. Но здесь кроется нечто большее. Важно посмотреть и на другие аспекты. Ответ здесь может быть и в производительности, и в эффективности, в модели клиники, и в цене линз и расходных материалов, и в регулирующих правилах, их защитной практике. Я думаю, что разгадка этого может принести ответы многим развитым странам, в том числе и США, и тогда, может быть, рейтинг Обамы опять повысится.

(Смех)

Есть ещё одно открытие, которым я хочу поделиться с вами. В условиях огромного масштаба проблемы, которая охватывает все экономические слои, у нас есть хорошее решение - это процесс, который я описал, подразумевая производительность, качество, ориентированность на клиента. Это и есть ответ. Данная система может подойти для многих других областей. Например, для решения проблем в стоматологии, слухопротезировании, родильных домах и так далее. Эта система много где найдёт применение, но самая трудная задача заключается в более тонком вопросе.

Как вызвать сострадание? Как заставить людей проникнуться этой проблемой и заставить их почувствовать, что они хотят решить её? Это более сложные вопросы. Я уверен, что присутствующие здесь могут найти решения этой проблемы.

Заканчивая свою речь, я хочу, чтобы вы задумались над такой мыслью:

Доктор В.: "Когда мы растём в духовном сознании, мы олицетворяем себя со всем миром, поэтому нет места эксплуатации. Мы помогаем сами себе. Мы лечим сами себя".

ТР: Огромное спасибо.

(Аплодисменты)