Тарин Саймон фотографирует секретные объекты

Итак, 90% моей работы как фотографа не связано с фотографией. Это кампания телефонных звонков, исследований и отправки писем для получения доступа к моим героям, которые могут быть как лидерами Хамас в Газе, так и спящим чёрным медведем в его берлоге в Западной Вирджинии. И как ни странно, самое примечательное письмо об отказе пришло мне от Уолт Дисней Уорлд, казалось бы, безобидного места.

И оно гласило, я зачитаю лишь ключевую фразу: «В эти жестокие времена, как никогда раньше, по моему личному мнению, волшебство, завораживающее посетителей наших тематических парков, особенно нуждается в защите. Оно создаёт важную для них сказку, в которой можно спрятаться».

Фотография мешает сказке. Они не хотели впускать мою камеру, потому что она угрожает созданным реалиям, мифам и убеждениям, и, возможно, предоставляет наглядное подтверждение истины. Но каждому снимку соответствует несколько истин, в зависимости от намерений создателя, от того, кто смотрит на снимок, и от контекста, в котором он представлен.

В течение пяти лет после событий 11-го сентября, когда американские СМИ и правительство искали скрытые и неизвестные места за пределами страны, в особенности оружие массового поражения, я смотрела внутрь, на то, что составляет основы Америки, её мифологию и повседневность. Мне хотелось бросить вызов гражданским ограничениям — выдуманным и настоящим, и сопоставить разделения между привилегированным и общественным доступом к знаниям.

Это был критический момент в американской и мировой истории, когда чувствовалось отсутствие доступа к достоверной информации. А я хотела увидеть центр своими глазами, но в результате я получила фотографии — и это только ещё одна точка зрения, и понимание того, что нет всезнающих посвящённых лиц. А непосвящённое лицо никогда не доберется до сути.

Я покажу некоторые фотографии из этой серии. Она называется «Американский каталог скрытого и неизвестного». И состоит примерно из 70 снимков. Сегодня я успею показать только несколько из них. Это хранилище ядерных отходов и помещение для инкапсуляции в Хэнфордском комплексе, штат Вашингтон, в котором содержатся более 1900 погружённых в воду стальных капсул с ядерными отходами. Человек, находящийся рядом с незащищенной капсулой, умер бы мгновенно. И среди всех я нашла одну из секций, которая напоминает очертания США на карте. Что вы и видите.

И большая часть работы, которая не представлена в рамках моего доклада — это текст. Я создаю два полюса. Каждому снимку сопутствует очень подробный текст. И что меня больше всего интересует — невидимое пространство между текстом и соответствующим снимком, и то, как текст преобразует снимок, а снимок — текст. И, в идеале, картинка должна расплыться в абстракцию, множество истин и иллюзий. А потом текст становится жестоким якорем, возвращающим к реальности. Но в этом контексте я зачитаю только сокращенную версию этих текстов.

Это криокапсула. И в ней тела жены и матери основоположника крионики Роберта Эттингера, которые надеялись проснуться однажды для более долгой жизни, в хорошем состоянии здоровья, среди научного и технического прогресса. И всё это за 35 тысяч долларов, навсегда.

Это 21-летняя палестинка, которой делают гименопластику. Гименопластика — это хирургическая операция, восстанавливающая девственность, в результате которой она будет соответствовать определенным культурным нормам относительно девственности и брака. В сущности, это восстановление девственной плевы, которое вызовет кровотечение после полового акта, симулируя потерю девственности.

Это комната имитации совещания присяжных заседателей, и за двусторонним зеркалом видно стоящих в комнате за зеркалом консультантов. Они наблюдают за совещанием после инсценировки судебного заседания, чтобы проконсультировать своих клиентов, какую стратегию выбрать на суде для получения желаемого результата. Этот процесс стоит 60 тысяч долларов.

Это комната Бюро таможенного и пограничного контроля США, комната контрабанды, в международном аэропорту Джона Кеннеди. На столе сложен конфискованный за 2 дня багаж пассажиров въезжающих в Соединённые Штаты. Там свиная голова и африканские камышовые хомячки. И для меня работа фотографа не только в том, чтобы просто документировать происходящее. Я пользуюсь некоторыми привилегиями и вмешиваюсь. И здесь мне хотелось, чтобы это напоминало картину в стиле старинного натюрморта. И я провела некоторое время среди этих запахов.

Это произведение искусства на стенах ЦРУ в Лэнгли, штат Вирджиния, главном здании их штаб-квартиры. У ЦРУ длинная история как скрытых так и общественных попыток культурной дипломатии. И есть предположения, что их интерес к искусству в какой-то мере являлся ответом советскому коммунизму и пропагандировал то, что считалось про-американским образом мышления и эстетики. И одна из форм искусства, вызвавшая интерес агентства, и поэтому привлекшая моё внимание — абстрактный экспрессионизм.

Это судебный антропологический исследовательский центр. И на участке земли 25 000 м² одновременно располагается около 75 трупов, являющихся объектами изучения судебно-медицинских антропологов и исследователей, заинтересованных в наблюдениях за скоростью разложения трупов. А на этой фотографии тело мальчика использовалось для моделирования сцены преступления.

Это единственное место в США финансируемое государством, где выращивание марихуаны узаконено для научных исследований. Это исследовательская плантация марихуаны.

И часть работы, которая мне нравится, когда есть некий сбивающий с толку хаос, в котором трудно найти чёткие границы этих вещей — они как-будто неуклюже прыгают из политики в науку, в религию, в органы безопасности — и до конца непонятно, как распределяется информация.

Это трансатлантические подводные коммуникационные кабели, проходящие вдоль дна всего Атлантического океана, соединяя Северную Америку с Европой. Они несут в себе более 60 миллионов синхронных разговоров. И на многих правительственных и технологических объектах это было очевидным уязвимым местом. Это почти смешно, потому что, кажется, можно отрезать все эти звонки одним легким движением. Но всё выглядит так, как было 30–40 лет назад, как-будто всё застыло в эпоху холодной войны, и совсем не изменилось.

Это выпуск журнала Playboy для слепых. (Смех) А это... отдел библиотеки Конгресса предоставляющий бесплатные услуги государственной библиотеки для слепых и слабовидящих. И публикации выбирались на основе популярности у читателей. А Playboy всегда в первой десятке. (Смех) Но, как ни удивительно, они не считают фотографии, только текст. (Смех)

Это карантинное помещение для птиц. где все ввозимые в Америку птицы должны пройти 30-дневный карантин и провериться на наличие болезней таких как высоковирулентная форма болезни Ньюкасла и птичий грипп. Это видео показывает тестирование нового взрывчатого вещества на боеголовке. И в задачу центра военно-воздушных Сил на авиабазе Эглин во Флориде входит запуск и тестирование всего воздушного вооружения, производимого в США. Видео было снято на 72-миллиметровую плёнку, военный фильм. А эта красная точка — маркировка военного фильма.

Все белые тигры живущие в Сев. Америке — результат селективного узкородственного скрещивания: то есть, матери с сыном, отца с дочерью, сестры с братом — чтобы получить набор генов создающих белых тигров, пользующихся спросом. А именно, с белым мехом, голубыми глазами, розовым носом. Но большинство этих белых тигров рождаются непригодными для продажи, и их убивают при рождении. Это очень жестокий процесс, о котором мало известно. Очевидно, что белый тигр очень ценится в индустрии развлечений. Кенни родился. Он всё-таки дожил до взрослого возраста. Он с тех пор уже умер, но был умственно отсталым и страдал от тяжелого порока костной системы.

Здесь, на более легкой ноте, фото из личного архива Джорджа Лукаса. Это «Звезда смерти». Здесь она показана в настоящем положении. В эпизоде «Возвращение джедая» представлено её зеркальное отражение. Они перевернули негатив. И видно деталировку меди после фототравления и нарисованную акрилом внешнюю сторону. В контексте фильма это боевая станция галактической Империи в открытом космосе, способная уничтожать планеты и цивилизации. В реальности её размер около метра на половину метра. (Смех)

Это Форт Кемпбелл в шта­те Кентукки. Это военная операция на урбанизированной местности. По сути, они смоделировали город для боя в населённом пункте. И это одна из существующих построек в этом городе. Она называется Всемирная Церковь Господа. Она задумывалась как универсальное место для молитвы. А после того, как я сняла это фото, они построили стену вокруг церкви наподобие мечетей в Афганистане и Ираке. И я работала с Мета Виар, создателем виртуальных симуляций для армии для тактической практики. Мы возвели эту стену вокруг Всемирной Церкви Господа а также использовали персонажей, транспорт и взрывы, которые есть в видеоиграх для армии. И я запечатлела всё это на своей фотографии.

Это живой вирус ВИЧ в Гарвардской школе медицины, сотрудничающей с правительством США в разработке обеззараживающего иммунитета.

Alhurra — финансируемая правительством США, арабоязычная телесеть, передающая новости и информацию в 22 страны в арабском мире. Она работает 24 часа в день. Без рекламы. Однако, в США трансляция Alhurra запрещена. В 2004 году был запущен канал Alhurra Iraq, посвященный событиям в Ираке, и транслируемым в Ираке.

Теперь перейдём ко второму моему проекту. Он называется «Невиновные». И для людей на этих снимках фотография стала средством создания вымысла. Вопреки её функции доказательства истины, в этих примерах она помогала подделывать факты. Я путешествовала по Соединëнным Штатам, фотографируя людей, которых несправедливо осудили за жестокие преступления, которых они не совершали.

Я исследовала способность фотографии смывать границу между вымыслом и реальностью, и еë влияние на память, которое может привести к серьëзным и даже смертельным последствиям. У людей на этих фотографиях главной причиной их несправедливого приговора было ошибочное опознание. Жертва или свидетель опознаëт подозреваемого в преступлении с помощью снимков, которые используют служители закона. Но с помощью фотороботов, поляроидов, полицейских снимков и процедуры опознания показания свидетеля могут измениться.

Вот один из примеров. Женщина была изнасилована, ей показали несколько фото для опознания насильника. Она нашла некоторое сходство на одной из фотографий, но его было мало для точного опознания. Несколько дней спустя ей показали другую серию снимков, где все фото были новыми. Кроме той первой фотографии, которая привлекла её внимание ранее. И она с уверенностью опознала его, потому что фото заменило воспоминания, если воспоминания вообще были.

Фотография предоставила системе уголовной юстиции инструмент превращающий невиновных граждан в преступников. И система уголовной юстиции не увидела изъянов в опознании по фотоснимкам.

Фредерик Дэй, снятый на месте своего алиби, где его присутствие подтвердили 13 свидетелей. Он был признан белыми присяжными виновным в изнасиловании, похищении и угоне машины. И отсидел 10 лет из пожизненного заключения. Позже ДНК-тест оправдал Фредерика и указал на причастность другого человека, находившегося в тюрьме. Но жертва отказалась выдвигать обвинения, заявив, что полиция необратимо повлияла на её память посредством фото Фредерика.

Чарльз Фэйн был осуждён за похищение, изнасилование и убийство девочки, которая шла в школу. Он отбыл 18 лет из пожизненного заключения. Я сфотографировала его на месте преступления в каньоне Снейк Ривер в Айдахо. Я фотографировала всех несправедливо осужденных в местах, которые сыграли особо важную роль в истории их несправедливого приговора. Место ареста, место ошибочного опознания, место алиби. А здесь — сцена преступления, это то место, где он никогда не был, но которое изменило его жизнь навсегда. Фотографируя его в этом месте, я надеялась уловить тонкую связь между истиной и вымыслом, как в его жизни, так и в фотографии вообще.

Кэлвин Вашингтон был осужден за тяжкое убийство. Он отбыл 13 лет из пожизненного заключения в Уэйко, штат Техас.

Ларри Майеза я сфотографировала на месте ареста, где он прятался между двумя матрасами в Гэри, штат Индиана, скрываясь от полиции в этой самой комнате. В итоге он отбыл 18 с половиной лет из 80-летнего приговора по делу об изнасиловании и грабеже. Жертва не опознала Ларри во время двух непосредственных опознаний, а несколько дней спустя опознала по фотоснимкам.

Ларри Янгблад отбыл 8 лет заключения из 10 с половиной лет срока в Аризоне за похищение и многократное изнасилование 10-летнего мальчика на ярмарке. Он сфотографирован на месте своего алиби.

Рон Уильямсон. Рон был признан виновным в изнасиловании и убийстве официантки в клубе, и отбыл 11 лет из пожизненного приговора. Я сфотографировала Рона на бейсбольном поле, потому что незадолго до приговора он был принят в группу A в Окленде, играть в профессиональной лиге. И главный свидетель обвинения по делу Рона оказался, в итоге, настоящим виновным.

Рональд Джонс отбыл 8 лет из пожизненного приговора за изнасилование и убийство 28-летней женщины. Я сфотографировала его на месте ареста в Чикаго.

Уильям Грегори был осуждён за изнасилование и кражу со взломом. Он отбыл семь лет из 70 лет приговора в Кентукки.

Тимоти Дурам, которого я сняла на месте алиби, где 11 свидетелей видели его в момент преступления, отбыл 3,5 года из 3220-летнего срока по нескольким обвинениям в изнасиловании и грабеже. Его ошибочно опознала 11-летняя жертва.

Трой Вебб снят на месте преступления в Вирджинии. Он был осуждён за изнасилование, похищение и грабеж и отбыл семь лет из 47-летнего приговора. Фотография Троя была в серии снимков, к ней неуверенно склонялась жертва, но она сказала, что он выглядел старше. Тогда полиция нашла фотографию Троя Вебба четырехлетней давности и вложила её в серию снимков несколько дней спустя, и тогда жертва его опознала.

Я закончу своей фотографией, которая ещё раз напомнит, что искажение есть всегда и наши глаза легко обмануть. Это всё. Спасибо. (Аплодисменты)