Ричард Сирс: Готовимся к концу эпохи нефти

В течение ближайшей пары минут мы поговорим об энергии, и тематика будет достаточно смешанная. Я постараюсь выстроить сюжет вокруг энергии, а это легче сделать, если начать с нефти. Речь пойдёт об энергии вообще, но с нефти удобнее начать. Одна из причин в том, что это замечательное вещество. Если взять примерно восемь атомов углерода и около 20 атомов водорода, и расположить их в нужном порядке, то получится эта чудесная жидкость. Она полна энергии, легко поддаётся переработке в целый ряд полезных продуктов и видов топлива. Это удивительное вещество. Если говорить о нефти, то на земле её предостаточно. [слайд: Нефть никогда не кончится]

Вот мой карманный глобус с указанием залежей нефти. А эта карта – для вас, побольше. Вот она – нефть всей земли. Геологи довольно хорошо знают, где она расположена. Около 25 триллионов литров сырой нефти на сегодняшней день ещё не добыто и не переработано. Это – одна сторона рассказа о нефти, и на этом можно бы было закончить, сказав: «Нефти хватит навечно – её просто много». Но есть и другая сторона дела. Кстати, если кто думает, что нефть от нас далеко, на 1000 метров ниже нашего зала [в Калифорнии] находится одно из крупнейших в мире действующих месторождений нефти. Я готов подробно рассказать об этом любому желающему.

Итак, одна сторона вопроса в том, что объёмов нефти предостаточно. А как насчет самой нефти? Какое место она занимает в энергосистеме? Вот – обзор [роли] нефти за последние 150 лет. Преобладающую часть этого периода нефть составляла главное звено энергосистемы. [слайд: ДОЛЯ первичного источника энергии] Сейчас я вам открою ещё один маленький секрет. За последние 25 лет роль нефти в мировых энергосистемах всё время сокращалась. В 1985 году отмечался пик её доли использования, тогда нефть составила 50% мировых поставок энергии. Сегодня эта доля – 35%. Она падает и, я считаю, будет и дальше падать. В 2007 году отмечался максимум потребления бензина в США; сейчас он падает.

То есть, с каждым годом нефть играет всё меньшую роль. Итак, 25 лет назад доля нефти достигла своего пика, точно так же, как в 20-е годы доля угля достигла пика, и как за 100 лет до этого доля древесины достигла пика. Это – очень важный взгляд на развитие энергосистем. Так за счёт чего же в последние годы доля нефти стала падать? Для начала скажем, что, по большей части, – за счёт природного газа, и немного за счёт ядерной энергии. Что нас ждет в будущем? Ну что ж, по моему мнению, через несколько десятилетий будет пик доли природного газа, а вслед за этим – возобновляемых источников.

Сейчас я вам раскрою маленький, но важный аспект, в связи с этой схемой. Я не утверждаю, что потребление энергии в целом падает – это не так. Это – другая сторона вопроса, и о ней я тоже готов подробно говорить. Но тут скрыт один важный вывод. Вот – 200-летняя история, и на всём её протяжении мы систематически сокращали долю углеродных соединений в нашей энергосистеме. Энергосистемы мира постепенно, с каждым годом, с каждым десятилетием, с каждым столетием, всё меньше основываются на углеродных соединениях. И это продолжается дальше – разрабатываемые сегодня возобновляемые источники, составят 30% от первичных источников энергии, вероятно, уже к середине нынешнего века. На этом можно было бы закончить: всё понятно – все обычные источники заменяются на возобновляемые. Но я считаю, что тут кое-что недоговорено.

Чтобы узнать, что же именно… Взглянем в далёкое будущее, скажем 2100 год и далее. Как там видится энергия, по-настоящему устойчивая и без углеродных соединений? Что ж, придётся сделать небольшую экскурсию. Сначала в центральный Техас. Это – кусок известняка. Я подобрал его у Марбл-Фоллс в штате Техас. Ему – около 400 миллионов лет. Это всего лишь известняк, тут ничего особенного. А вот это – кусок мела. Я взял его в Массачусетском технологическом институте. Мел немного моложе. Он отличается от известняка. Вам это ясно. Из мела дом не построишь, а известняком не доске писать и пытаться не стоит. Да, они разные. Нет, это не так. Они не разные, это одно и то же вещество: это карбонат кальция и это карбонат кальция. А разница между ними в способе соединения их молекулы.

Если вы подумали: «Ну вот и прекрасно!», скажу, что прекрасная часть начинается только сейчас. Это с побережья Калифорнии. Это ракушка моллюска абалон. Каждый год из миллионов абалон составляются подобные ракушки. Кстати, вы наверняка уже догадываетесь, что это – тоже карбонат кальция. Тот же состав, что известняк, тот же состав, что мел. Но вещество не одно и то же. Ракушка плотнее, примерно в 3000 раз, чем мел. Почему? Потому что простенький моллюск складывает кристаллы карбоната кальция слоями, создаёт красивый, переливающийся перламутр. Это особый материал, который создают миллионы моллюсков абалон, беспрерывно, каждый день, каждый год. Это потрясающее вещество. Всё то же самое, в чём же отличие? В способе соединения молекул.

Так вот, при чём тут энергия? Вот – кусок угля. Я вам скажу, что уголь – настолько же потрясающее вещество, что и мел. Идёт ли речь о топливе, об энергоносителях, или, скажем, о новых материалах для батарей или топливных элементов, природа никогда не создавала эти прекрасные материалы, потому что ей это просто не нужно. Ей это не нужно, потому что, в отличие от ракушки абалона, способность создавать подобные материалы никак не влияла на выживание видов. Вплоть до настоящего времени. Но теперь, возможно, такая способность уже будет влиять. Итак, когда вы задумываетесь о будущем, представьте себе, каким оно могло бы быть, если вместо этого [уголька] мы могли бы создать энергетический эквивалент этой ракушки, просто расположив молекулы иначе.

Вот что я хочу донести до вас. Нефть никогда не закончится. И вовсе не потому, что её много. И не потому, что ветряных мельниц мы построим тьму. А потому, что уже тысячи лет назад люди придумывали что-то и у них были идеи, инновации, технологии. Каменный век закончился не потому, что иссякли камни. (Смех) Те же идеи, инновации, технологии, положат конец веку нефти намного раньше, чем она иссякнет.

Большое спасибо.

(Аплодисменты)