Питер Хиршберг о телевидении и интернет

Доброе утро. Недавно компьютеру и телевидению исполнилось по 60 лет, и сегодня я хотел бы поговорить о том, как они взаимосвязаны. Если проследить за индустрией развлечений и темами этой конференции, то становится ясно, что несмотря на свой зрелый возраст, одно подтрунивает другое. Самое время поговорить о том, как компьютер напал на телевидение из засады, или почему изобретение атомной бомбы вызвало ряд последствий, которые в итоге привели к забастовке писателей. Речь не столько о том, как компьютер и телевидение влияют друг на друга, а о том, что думают о них зрители.

Чтобы узнать мнение зрителей по теме, которую мы обсуждали всю неделю, я поговорил с группой подростков. Я написал на карточках: «телевидение», «радио», «MySpace», «Интернет», «ПК», и попросил ребят отсортировать их по степени важности, а потом объяснить свой выбор. Давайте послушаем отрывки, касающиеся телевидения.

(Видео) 1-я девочка: Ну, я думаю, оно важно, но не то чтобы необходимо. В свободное время можно многим заняться, а не просто смотреть телевизор.

Питер Хиршберг: Что интереснее: Интернет или телевидение?

Девочки: Интернет. 2-я девочка: Я думаю, нам больше нравится интернет, потому что сейчас телевизионные программы можно смотреть на компьютере. (3-я девочка: О, да.) 2-я девочка: Ещё можно загрузить в iPod.

ПX: Вы хотели бы стать президентом телевизионной сети?

4-я девочка: Я бы не хотела. 2-я девочка: Это было бы тяжело. 5-я девочка: Нет.

ПХ: Почему?

5-я девочка: Потому что в конце концов они потеряют все деньги. 3-я девочка: Как на фондовой бирже: отрасли идут то вверх, то вниз. Я думаю, сейчас всё, что связано с компьютерами, будет на самом верху, а всё остальное пойдёт на снижение и всё такое.

ПХ: Между ТВ бизнесом и технологиями отношения были непростыми почти с тех пор, как им исполнилось по 30 лет. Мы прошли через этап очарования. За ним последовали разговоры в залах заседаний, в финансовых кругах, их называют финансовым термином... белиберда.

Приведу пример. 1976 год. Warner покупает Atari: видеоигры на подъёме. На следующий год они уверенно идут вперёд и запускают QUBE — первое интерактивное кабельное телевидение. В связи с этим New York Times пишет, что теперь телекоммуникации пришли к нам в дом, средства коммуникации сливаются воедино, происходят великие события. Всё Восточное побережье попадает в фокус: Citicorp, Penney, RCA, — все становятся частью этой идеи. Кстати, в то же время я попадаю в бизнес — устраиваюсь на летнюю стажировку в Time Warner. Тем летом в Warner я всецело поглощён работой над слиянием средств коммуникации, а потом всё идёт прахом. Не оправдывает себя, компания теряет деньги. Мне нравилось работать над слиянием, пока Warner попросту всё не ликвидировал.

В это время я бросаю магистратуру и не могу работать в Нью-Йорке в сфере технологии и развлечений, мне пришлось уехать в Калифорнию, где находятся оставшиеся рабочие места, практически к самому морю, чтобы работать на Apple Computer. Конечно же, Warner списывает более 400 млн долларов. 400 миллионов долларов были большими деньгами в 1970-е. Но они разобрались во всём и преуспели. К 2000 году процесс был усовершенствован. Они слились с AOL, и всего за 4 года смогли сократить суммарную рыночную стоимость компании почти на 200 млрд. долларов, демонстрируя на своём бухгалтерском балансе искусство применения закона Мура о тенденции к последовательному уменьшению размера со временем.

(Смех)

Медийное сообщество и сообщество индустрии развлечений восторгаются технарями, потому что технари говорят по-другому. Представьте: мы 50 лет говорили об изменении мира, о полной трансформации. Все эти 50 лет пропитаны надеждами и страхами, и обещанием лучшего мира. Здесь я задумался: где ещё так говорят? Ответ очевиден — в религии и политике.

Так я осознал, что мир технологий лучше представить не как цикл деловой активности, а как миссионерское движение. Мы обещаем нечто великое, пропагандируем его, хотим изменить мир. Получается не очень, мы возвращаемся к истокам и начинаем заново. Всё это время в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе за нами наблюдают с нездоровым изумлением. Такой иррациональный взгляд на вещи движет нас вперёд.

Мой вопрос в следующем: если компьютер становится главным инструментом медиа и развлечений, как же мы к этому пришли? Как устройство, спроектированное для бухгалтерии и артиллерии, стало медийным?

Конечно, первый компьютер собрали сразу после Второй Мировой войны для военных задач, однако ситуация стала интересной уже пару лет спустя, в 1949 году, с появлением Whirlwind. Он был выпущен лабораторией MIT Lincoln Lab. Джэй Форрестер проектировал его для морских войск, но сложно не заметить, что автор мечтал об устройстве, которое в будущем может стать звездой медиа. Посмотрите, что получается, когда ведущий журналист времён зарождения телевидения встречается с первопроходцем в области компьютеров, и компьютер заявляет о себе.

(Видео) Журналист: Это электронный компьютер Whirlwind. С трепетным уважением мы берём интервью у этого нового устройства.

Джэй Форрестер: Здравствуй, Нью-Йорк, говорит Кэмбридж. Это осциллоскоп электронного компьютера Whirlwind. Хотите, чтобы я включил устройство?

Журналист: Да, конечно. У меня возникла идея, мистер Форрестер. Компьютер был разработан совместно с Бюро Морских Исследований, так почему бы нам не переключиться на Пентагон в Вашингтоне и предоставить возможность адмиралу Больстеру, главе научных исследований ВМФ, протестировать Whirlwind?

Кэльвин Больстер: Итак, Эд, задача касается ракеты «Викинг», принадлежащей Флоту. Она способна подняться в небо на 216 км. Я хотел бы отследить её путь при нормальном уровне расхода топлива и увидеть, как компьютер в любой момент определяет, допустим, после 40 секунд полёта, оставшийся объем топлива и скорость в заданной точке. ДжФ: Вот здесь, по левой стороне, вы видите, снижение расхода топлива, когда ракета набирает скорость. С правой стороны находится шкала, показывающая скорость ракеты. Местонахождение ракеты в небе описывает траектория, на которую мы сейчас смотрим. В верхней точке траектории скорость, заметьте, упала до минимума. Затем ракета идёт вниз, и скорость снова растёт, достигает своего максимума и ракета приземляется.

Как вам такое? Журналист: Адмирал, что скажете? КБ: По-моему, очень хорошо.

ДжФ: Перед уходом мы хотели бы вам показать другую математическую задачу. Ребята придумали её в свободное время. Она больше подходит для воскресного полдня. (Музыка)

Журналист: Большое вам спасибо, мистер Форрестер и лаборатория MIT.

ПГ: Представьте, как много здесь было реализовано: первое взаимодействие в реальном времени, воспроизведение видео, прицел. Это дало толчок к созданию микрокомпьютера, но, к сожалению, он оказался слишком дорогостоящим для военно-морского флота, и всё было бы утеряно, если бы не счастливый случай —

появление ядерной бомбы. Нам угрожает сильнейшее оружие в мире и, зная толк в своём деле, Воздушные Силы решают: для нашей защиты нужен самый большой компьютер. Они подстраивают Whirlwind к системе противовоздушной защиты, внедряют её по всему замёрзшему Северу и проводят с этим компьютером почти в три раза больше времени, чем было потрачено на проект Манхэттен, разработавший саму ядерную бомбу. Вот вам и стимул для развития компьютерной отрасли. Вы можете себе представить насколько хорошим продавцом стали Воздушные Силы. Вот их рекламный ролик.

(Видео) Голос за кадром: При массовой атаке высокоскоростные бомбардировщики могут напасть на нас раньше, чем мы определим их траекторию. И будет уже поздно, что-либо предпринять. Мы не можем рисковать. Для защиты Воздушные Силы разработали Полуавтоматическую Систему Наземного Окружения «Сейдж» [англ. мудрец]. Её предназначение — усилить нашу противовоздушную оборону. Этот новый компьютер станет нервным центром системы обороны. Ему по силу любые сложные математические задачи, решение которых необходимо для отражения массовых вражеских нападений. Он снабжён силовой установкой, которая состоит из больших дизельных генераторов, системы охлаждения воздуха и башен для охлаждения тысячи электронных ламп компьютера.

ПХ: Этот компьютер был огромным. Отсюда появляется любопытный маркетинговый урок: рекламируя продукт, можно либо говорить: «Он будет чудесным, улучшит ваше самочувствие и вдохнёт новую жизнь». Либо: «Если не будете пользоваться нашим продуктом, вы умрёте». Мы только что видели удачный пример второго.

В нём впервые использовали указывающее устройство. Компьютер был распределённым — появилась возможность производить распределённую обработку данных, так что между компьютерами мог идти диалог. Около 20% программистов страны работали на этом компьютере, и это привело к появлению многого из того, что у нас есть сегодня. А ещё в нём использовались электронно-лучевые трубки. Вы видели, каким огромным он был? Приведу наглядный пример. Мы много говорили о законе Мура и уменьшении физических размеров технологий в ходе конференции — предлагаю обратиться к увеличению предметов. Если взять Whirlwind и поместить его в знакомое нам всем место — например, Сенчери Сити [район Лос-Анджелеса]. Он идеально подойдёт по размеру. Застройку придётся очистить, конечно, но он бы вошёл.

Возьмём самый последний процессор Pentium: новейший Core 2 Extreme, 4-х ядерный процессор, над которым работает Intel. Завтра он будет в наших ноутбуках. С технологией времён Whirlwind для того, чтобы спроектировать такой ноутбук, мы бы заняли территорию от 10-го шоссе до Малхолланд и от 405-го до Ля Синьега — только для самих Whirlwind. Прибавьте 92 атомные электростанции для обеспечения мощности, и мы займём весь Лос-Анджелес. Это, грубо говоря, только на треть больше атомной энергии, чем производит вся Франция. Если вам когда-нибудь кто-то скажет, что они затеяли нечто «крупное» — не верьте. Итак, мы даже не приняли в расчёт охлаждение. Тем не менее, сейчас вы представляете силу людей, силу зрителей и причины, стоящие за этими переменами.

Это распространяется на всю отрасль. DEC впервые уменьшает всё и производит миникомпьютер. Он появляется в местах вроде MIT, а потом начинается мутация: создают Spacewar! — первую компьютерную игру, и внезапно появляется и интерактивность, и увлечение, и страсть. Многие студенты MIT не спали ночами, работая над ней, и тогда же были заложены многие принципы современных игр. DEC знал, как прожигать время правильно. Каждый компьютер они поставляли с этой игрой внутри.

Тем временем, к середине 50-х годов бизнес модель традиционного вещания и кинематографа полностью разваливается. Новые технологии загоняют радио- и киномагнатов в тупик, но они вполне уверены, что телевидение их вот-вот уничтожит. В воздухе появляется тревога. Из всего, что я прочитал за неделю, одна цитата запомнилась мне больше всего. В RCA работал Дэвид Сарнофф, который по сути впервые превратил радио в источник дохода. Он сказал: «Я не утверждаю, что радио должно умереть. Мы искали и продолжаем искать новые методы, пытаемся заключить новые сделки, создать новые программы, которые смогут остановить снижение прибыли. Радио может ухитриться сводить концы с концами, но я не знаю как». Разумеется, компьютерная отрасль развивается интерактивно, и продюсеры развивающегося телевизионного бизнеса это видят. Они создают подобие интерактивности.

(Видео) Джэк Бэрри: Мальчики и девочки, все вы знаете, как включить ваши волшебные окошки. Сперва достаньте свои наборы Winky Dink. Возьмите волшебное окошко и очищающую перчатку, потрите его. Итак, девочки и мальчики, магия начинается. Расположите его прямо перед экраном вашего телевизора, протрите от центра к краям, вот так. Держите под рукой волшебные мелки Winky Dink и очищающую перчатку. Вы будете рисовать ими во время передачи. Готовы? Первая история будет о Пыльном Человеке. Добро пожаловать в секретную лабораторию.

ПХ: Это заря интерактивного телевидения, и вы наверняка заметили: вам хотят продать наборы Winky Dink. Набор мелков Winky Dink. Знаю, что вы думаете: «Пит, если я могу использовать любые общедоступные мелки, зачем покупать эти?» Уверяю вас, это не тот случай. Нам сказали прямо, что только эти мелки можно использовать вместе с Волшебным Окошком Winky Dink. Иначе оно потеряет цвет или повредится. Этот собственнический принцип, который ставит потребителей в зависимость только от одного поставщика, позднее был усовершенствован и стал прочной основой всех многооконных систем. Это привело к судебным искам,

(Смех)

федеральным расследованиям и обширным последствиям, но сегодня мы не станем обсуждать этот скандал.

Но коснёмся ситуации, возникшей вокруг Джэка Бэрри, ведущего Winky Dink, потому что позже он стал ведущим одной из самых популярных телевикторин — «Двадцать одно». Она была инсценирована. Это открылось, когда Чарльза Ван Дорена разоблачили при выигрыше крупной суммы. Карьере Бэрри и многих других на телеканале CBS пришёл конец. Ещё многое нужно было узнать о том, как работали новые медиа.

Если бы 50 лет назад вы оказались на подобной встрече и пытались понять медиа, вас интересовало бы мнение только одного пророка — профессора Маршалла Маклюэна. Он действительно разбирался в теме, которую мы обсуждаем всю неделю, а именно: роли зрителя в эпоху распространяющихся электронных средств коммуникации. Здесь он говорит с нами из 60-х.

(Видео) Маршалл Маклюэн: Зрители счастливы, когда они могут участвовать в создании рекламы. Как в старых телевикторинах. Это было замечательное телевидение. Оно давало публике занятие, роль. Они были в ужасе, когда узнали, что оставались за бортом, так как шоу было сфабриковано. Это было крайне неверное представление о телевидении со стороны программистов.

ПХ: Маклюэн говорил о концепции глобальной деревни. Если заменить ею слово «блогосфера» в разрезе Интернет, получается, что его толкование проливает свет на ситуацию. Предлагаю послушать.

(Видео) ММ: Глобальная деревня — это слово, в котором гармония не обязательна. Вас крайне заботят чужие дела, и вы чрезвычайно вовлечены в чужие жизни. Подобие усугублённой колонки Энн Ландерс [колонки советов]. Здесь подразумевается не гармония, мир и тишина, а активная вовлечённость в чужие дела. Получается глобальная деревня величиной с планету и размером с сельское почтовое отделение.

ПХ: Мы ещё поговорим о ней позже. Сейчас мы находимся в 1960-х. Эпоха крупного бизнеса и компьютерных центров сбора данных. Но всё ещё поменяется. Выражение технологии зависит от людей и от времени, в котором она появляется. И когда я утверждаю, что код выражает наши надежды и устремления, я не шучу о мессианстве. Это действительно так. Но эту часть повествования я хотел бы предоставить выдающемуся журналисту по технологии в США, Джону Маркоффу.

(Видео) Джон Маркофф: Знаете ли вы, какое отношение имела контркультура наркотиков, секса, рок-н-ролла и антивоенного движения к компьютеризации? Самое прямое. Всё происходило в 8-ми километрах от места, где я сейчас стою, в Стэнфордском университете с 1960 по 1975 год. В разгаре революции на улицах и рок-н-ролл концертов в парках, группа исследователей, руководимая Джоном МакКарти, учёным-информатиком из лаборатории искусственного интеллекта Стэнфорда, и Дугласом Энгельбартом, учёным-информатиком из SRI, изменила мир. Энгельбарт — выходец из скупой инженерной среды, и когда он приступал к работе, атмосфера в Midpeninsula [Свободный Университет] кипела от активности. ЛСД утекал из экспериментов в госпитале ветеранов им. Кизи и других мест на территории университета. Музыка буквально звучала на улицах. The Greatful Dead играли в пиццериях. Люди возвращались к сельской жизни. Шла война во Вьетнаме, движение за равноправие темнокожего населения. Равенство полов. Выдающееся время в знаменательном месте. В это волнующее время появился микропроцессор.

Думаю, именно это привело к созданию персонального компьютера. Они считали, что c инструментов, которые на тот момент были под контролем влиятельных кругов, можно снять ограничения и открыть к ним доступ тех сообществ, которые они пытались создать. Самое важное, они верили в то, что информация должна быть доступной. Думаю, такие идеи трудно понять, когда ты зажат в своей парадигме: следующая парадигма, как вселенная из научной фантастики, не имеет смысла. Истории были настолько захватывающими, что я решил написать книгу. Она называется: «Что сказала мышка, или как контркультура 60-х сформировала индустрию ПК». Название взято из песни группы Jefferson Airplane. Они поют: «Помни, что сказала мышка: Голове нужна пища, голове нужна пища». (Музыка)

ПХ: К этому времени компьютер ворвался на территорию медиа, и большая часть того, что мы сейчас делаем, незамедлительно зародилась в Кембридже и Силиконовой долине. Вот Architecture Machine Group, предшественница Media Lab в 1981. Тем временем, в Калифорнии мы пытались всё это поставить на коммерческую ногу. HyperCard была первой программой, представившей публике гиперссылки, которые можно было прикреплять к любой картинке или отрывку текста или данных во всей файловой системе. Мы не могли её охарактеризовать. Метафоры отсутствовали. База данных? Инструмент прототипирования? Скриптовый язык? Всё вместе, чёрт возьми! Итак, мы создали рекламную брошюру.

Задали вопрос о том, как работает мозг, и позволили нашим покупателям играть роль слепых, которые ощупывают слона [древнеиндийская притча]. Несколько лет спустя, нас осенила идея рассказать людям секрет того, как они получают нужный контент желаемым и самым простым способом. Вот промо ролик от Apple.

(Видео) Джеймс Бёрк: Уверен, вы будете рады узнать, что существует несколько способов создать интерактивное видео в HyperCard. Больше всего усилий требует создание своего видеодиска и заодно проектирование собственного архива в HyperCard. На сегодня простейший способ — купить заготовленный видеодиск и архив HyperCard у частного поставщика. В этом видео мы демонстрируем метод, который использует заготовленный видеодиск, но создаёт особый архив HyperCard. Метод позволяет работать с существующими материалами на видеодисках для ваших нужд и интересов.

ПХ: Надеюсь, вы понимаете, что это ставило всё с ног на голову. Словно речь Дика Чейни. Милый лысеющий парень на ваших глазах объявляет войну информационному бизнесу. Найди коммерческий продукт, раздави его, а затем диктуй свои условия. До тех пор, пока мы ограничивались рынком образования и взаимодействием между компьютером и файловой системой, всё нормально, но ситуация скоро вырвется и расстроит Джека Валенти и многих других.

Говоря о файловой системе, мы не понимали, что гиперссылки могут использоваться за границами локальной сети. Тим Бернерс-Ли пришёл к этому пару лет спустя. Появилось убойное приложение из ссылок. Сейчас мы называем его Всемирной Паутиной. Я помог упустить Интернет не только Apple, но и Биллу Гейтсу пару лет спустя. 1993 год. Он работает над книгой, я – над видео, которое ему поможет объяснить, куда мы движемся и как сделать наши идеи привлекательными для людей. Мы вступили в борьбу с медиа и знали об этом. На первый взгляд, многое было верно предсказано, но многое мы и пропустили. Посмотрим.

(Видео) Рассказчик: Пирамиды, Колизей, метро в Нью-Йорке и полуфабрикаты — созданные человеком чудеса древности и современного мира. Но они меркнут по сравнению с выдающимся достижением технологии XXI века — цифровой супермагистралью. Однажды она была мечтой инженеров и нескольких давно забытых политиков. Цифровая супермагистраль пришла в гостиные Америки в конце XX века. Вспомним первопроходцев, благодаря которым произошло это чудо. Цифровая магистраль следовала по проторённому пути. Впервые его обозначил Александр Грэхем Белл. Кто-то отнёсся скептически... 1-ый мужчина: Телефонная компания?! Рассказчик: Воодушевлённый возможностями массовых коммуникаций и доходов от рекламы, Дэвид Сарнофф ставит радио на коммерческую ногу. 2-ой мужчина: Впервые учёные стали настолько нужны, никогда раньше им не приходилось работать под таким давлением. Рассказчик: Цифровые технологии представили Америке новые товары. 1-ый голос: Мама, Windows for Radio делает радио приятнее и проще в использовании для всей семьи. Получайте удовольствие от использования Windows for Radio дома и на работе. Рассказчик: В 1939 году Радиокорпорация Америки представляет телевидение. 2-ой мужчина: Впервые учёные столь востребованы и так сильно загружены.

Рассказчик: В конце концов, развал телефонной компании дал новый толчок гонке за будущим. Следующим стимулом стала отмена контроля над отраслью кабельного телевидения и затем восстановление контроля над ней. Тэд Тёрнер: Мы работали над созданием кабельной отрасли, а сейчас вещательные компании хотят от нас денег. Это смешно. Рассказчик: Компьютеры, пользователями которых раньше были только бухгалтеры и заядлые компьютерщики, вышли из секретных лабораторий в медиа скандалы. Мир и культура пришли к битам — лингва-франка всех СМИ. Вырвались силы конвергенции.

Наконец, объединились 4 крупных промышленных сектора. Телекоммуникации, развлечения, компьютерная индустрия и прочие. 3-ий мужчина: Появятся каналы для гурманов и для любителей домашних питомцев. 2-ой голос: А теперь на канале для тех, кто любит готовить для домашних животных — как украсить торт ко Дню Рожденья вашего шнауцера. Рассказчик: Когда инвесторы стеклись делать ставки, в игру вступили все отрасли. Битва за вас, за потребителя и за и право тратить миллиарды на поставку информации в гостиные Америки. (Музыка)

ПХ: Мы многое упустили. Мы упустили интернет, концепцию «длинного хвоста», роль зрителя, открытые системы, социальные сети. Это демонстрирует, как сложно правильно использовать медиа. Та же проблема была у Томаса Эдисона. Он составил список полезных функций фонографа, когда его изобрёл. И только одна его идея оказалась правильной ранней идеей. Вы знаете, куда мы сейчас двинемся. Мы идём в эпоху дот-ком, Всемирной паутины. Здесь не нужно много рассказывать, так как мы прошли через этот бум вместе. Но когда мы проходим этот период и так называемый Веб 2.0, ситуация меняется. Одна из причин, почему телевидению так трудно. Сперва интернет был основан на страницах, сейчас — на людях. Он — это потребители, публика; человек стал частью процесса. Публика — это грозный игрок, меняющий сферу развлечений в настоящее время.

(Видео) ММ: Он дал аудитории роль, занятие.

ПХ: В моей компании Technorati мы видим, что в блогах появляется по 67 000 записей в час. Это около 2 700 новых связанных ссылок из 112 миллионов блогов в сети. Неудивительно, что накануне забастовки писателей происходят странные вещи. Мне это напоминает старую голливудскую пословицу: режиссёром может быть любой, кто знаком с писателем. Я считаю, сейчас главным в сети может быть любой, у кого есть модем. Я не шучу. Вот реальный заголовок: «Веб-сайты привлекательны для бастующих писателей: владельцы таких сайтов, как MyDamnChannel.com [англ. мой долбанный канал], могут выиграть от трудовых споров». Тем временем ТВ блоггеры выходят на забастовку, чтобы поддержать ТВ писателей. Затем TV Guide, собственность Fox, который собирается спонсировать церемонию награждения онлайн видео, но отказывается от идеи из сочувствия к традиционному телевидению, злорадно не появляется. Продемонстрирую, насколько шизофренично всё было. Глав компаний MySpace, Fox Interactive, News Corp спрашивают: повлияет ли забастовка писателей отрицательно на News Corp и поможет ли вашему онлайн бизнесу?

(Видео) Мужчина: Я думаю, да, есть вероятность. Пока длится забастовка, больше людей могут воспользоваться видеосервисами вроде MySpace TV.

ПХ: И тут он вспоминает, что работает на Руперта Мёрдока.

(Видео) Мужчина: Но, в первую очередь, я — часть News Corporation и Fox Entertainment Group. Разумеется, мы надеемся, что забастовка и все сложности будут разрешены как можно скорее.

ПХ: Лучшее событие посреди этого — происходящая глобализация контента. Вот отрывок из анимационного видео, созданного голливудским писателем. Анимация сделана в Израиле, передана в Хорватию и Индию. Сегодня это международный сериал.

(Видео) Диктор: События происходят между 14:15 и 14:18 пополудни в месяцы, предшествующие выборам кандидатов в президенты.

1-ый голос: Вам нужно оставаться здесь, в безопасном месте, пока нам не сообщат, что угроза терроризма прошла.

2-ой голос: Значит, нам нужно жить здесь вместе? Голоса 2,3 и 4: С ней? 2-ой голос: Вот вам и добрососедство.

ПГ: Aniboom — компания, создавшая видео, любопытный пример того, к чему мы идём. У традиционного телевидения затраты на анимацию от 80 до 100 тысяч долларов за минуту. Их же работа стоит от 800 до 1500 долларов в минуту. Своим авторам они предлагают 30% от итоговой суммы в намного более предпринимательском духе. Так что, это другая модель. Индустрия развлечений борется с тем, что мир брендов только начинает постигать.

Например, Nike понимает, что Nike Plus уже не только устройство в обуви, но сеть, связывающая их покупателей. Глава маркетинга Nike говорит: «Люди посещают наш сайт в среднем 3 раза в неделю. Им не нужно приглашение». Следовательно, объём телевизионной рекламы Nike уменьшился на 57%. Цитируя главу маркетинга Nike: «Удерживать медийные компании на плаву — не наше дело. Наше дело — держать связь с покупателями».

Медийные компании также знают важность публики. Новый сайт Market Watch от компании Доу Джонс на 100% ориентирован на пользователя — здесь контент, создаваемый пользователями, объединён с традиционным. Оказывается, большую аудиторию и популярность получают те, кто строит связь с публикой. Как мне однажды сказал Джеффри Мур: «В эпоху блогосферы бренды должны строиться на любопытстве умов». Думаю, то же происходит в сфере развлечений.

Один из моих кумиров — Элли Уиллис, автор песен, которая только что написала «Цвет пурпура». Она пишет песни в cтиле ритм-и-блюз, и вот что она думает о будущем песенной музыки.

Элли Уиллис: «Там, где миллионы соавторов хотят заполучить песню, нельзя просто проигнорировать их, как спам, потом что это противоречит сути медиа».

ПХ: В завершение я хотел бы вернуться к Маршаллу МакЛюэну, который 40 лет назад работал с аудиторией, прошедшей через такое же количество перемен. Я считаю, что сегодня классический Голливуд и его писатели придают этому те же формы, что и раньше. Но не мне это вам говорить. Послушаем его.

(Видео) Рассказчик: Мы очутились в самой середине схватки старого с новым. ММ: Медиа изменяет людей, а они совсем этого не осознают. Не замечают, как их обволакивают новые средства информации. Они думают о старых медиа, потому что те всегда являются частью новых. Так же, как фильмы — это основа телевидения, а книги, романы лежат в их основе фильмов. Каждый раз, когда приходят новые средства медиа, содержимое предыдущих становится их явной частью, заметить старое в новом не составляет труда, но новые средства изменяют и обрабатывают старые. Однако это не замечают.

ПХ: Думаю, сейчас время очарованности. В воздухе витает много необработанной ДНК медиа и средств коммуникации. Контент устремляется прочь от телепередач, превращаясь в частицы, которые носятся взад и вперёд и становятся частью социального общения. Думаю, нас ждёт время возрождения и новых возможностей. И хотя телевидение возможно и проиграло, появляется новая увлекательная форма коммуникации. Мы видим слияние двух отраслей и начинаем по-другому воспринимать этот процесс.

Большое спасибо.