Пол Колье о последнем миллиарде

Итак, смеем ли мы быть оптимистами? Тезис Отстающего Миллиарда — миллиард людей вынужден жить в ситуации экономического застоя, которая продолжается уже 40 лет, и из-за этого расходится с остальным человечеством. И из-за этого нужно спрашивать не «Можем ли мы быть оптимистичными?», а «Как мы можем обнадёжить тот миллиард людей?» Это, на мой взгляд, является основной задачей международного развития.

Я вам предлагаю рецепт, смесь двух сил, которые изменили мир к лучшему — альянс сострадания и просвещённого эгоизма. Сострадание — потому что миллиард людей живёт в обществах, которые ещё не обрели надежду, в которую могли бы поверить. Это трагедия для человечества. Просвещённый эгоизм, так как если этот экономический разрыв продлится ещё 40 лет вместе с всемирной социальной интеграцией, то он превратится в кошмар для наших детей. Нам требуется сочувствие, чтобы сделать первый шаг, и просвещённый эгоизм, чтобы взяться за дело всерьёз. Это альянс, который меняет мир.

Итак, что же это значит — обеспечить отстающий миллиард надеждой? Что мы на самом деле можем сделать? Хорошее начало — это подумать: «Что мы делали в прошлый раз, когда богатый мир решил помочь в развитии другой части мира?» Оказывается, это даёт нам довольно хорошее понимание, но придётся посмотреть далеко в прошлое. Последняя попытка мира богатых помочь другому региону в развитии была предпринята в конце 1940-х. Ты была тем богатым миром, Америка, а регион, который нуждался в развитии, был моим миром — Европой. Это была послевоенная Европа.

С чего Америка всерьёз взялась за это? Это было не только сострадание к Европе, хотя это тоже присутствовало. Вам [в Америке] это было необходимо, потому что в конце 1940-х страна за страной в Центральной Европе присоединялись к советскому блоку, и из-за этого у вас не было выбора. Европу пришлось втягивать в экономическое развитие.

И что же вы делали, когда взялись всерьёз? Ну да, вы организовали обширную программу финансовой помощи. Большое спасибо. Это был план Маршалла: нам это нужно повторить. Финансовая помощь — часть решения. Но что вы ещё сделали? Вы порвали с прошлой торговой политикой и полностью её поменяли. До войны Америка была большим сторонником протекционизма. После войны вы открыли свои рынки для Европы, втянули Европу в тогдашнюю глобальную экономику — вашу экономику, и вы формализовали эту рыночную либерализацию, создав Генеральное Соглашение о Тарифах и Торговле. Иначе говоря — полное изменение торговой политики.

Сделали ли вы что-либо ещё? Да, вы полностью изменили вашу политику безопасности. До войны вашей политикой безопасности был изоляционизм. После войны вы порвали с этим и оставили 100 000 солдат в Европе больше чем на 40 лет. Иначе говоря, полное изменение политики безопасности. Что-нибудь ещё? Да, вы избавились от «Одиннадцатой заповеди» — от национального суверенитета. До войны вы относились к суверенитету так трепетно, что даже не желали присоединяться к Лиге Наций. После войны вы создали Организацию Объединённых Наций, Организацию Экономического Сотрудничества и Развития, Международный Валютный Фонд; вы призвали Европу создать Европейское Сообщество — все эти системы созданы для взаимной правительственной поддержки. До сих пор основы эффективной политики — финансовая помощь, торговля, безопасность, правительства. Конечно, детали политики будут иными, так как задача тоже иная. Это не восстановление Европы, а помощь отстающему миллиарду для того, чтобы они наверстали упущенное. Это проще или труднее? Мы должны заняться этим не менее серьёзно, чем тогда.

Сегодня, я обращу внимание только на одну часть из этих четырёх. Я хочу взять для примера ту часть, которая звучит слабее всего, то, что называется отечеством — правительства, системы поддержки государства — и я вам проиллюстрирую одну идею о том, как мы можем укрепить систему управления, и докажу, что это чрезвычайно важно. Мы будем смотреть на возможность, которая является основой оптимизма для отстающего миллиарда — сырьевые бумы. Увеличение объёма сырья вкачивает беспрецедентное количество денег во многие, но не все страны отстающего миллиарда. Частично они вкладывают деньги из-за того, что сырьё подорожало, но это не всё. Было открыто много новых сырьевых источников. Уганда только что обнаружила нефть в одном из самых катастрофических мест на Земле. Гана обнаружила нефть; Гвинея обнаружила гигантский источник железной руды. Проще говоря, масса новых источников. Между ними и делятся все поступающие доходы. Вот один пример: одна только Ангола получает 50 млрд. долларов нефтяного дохода в год. В прошлом году все потоки финансовой помощи 60 странам отстающего миллиарда составили 34 миллиарда долларов. Потоки денег от сырьевого бума отстающему миллиарду беспрецедентны в размерах. Это повод для оптимизма.

Вопрос в том, как это поможет развитию? Это огромная возможность для развития. Воспользуются ли этой возможностью? Вот результаты моих новых исследований, которые я провёл после разработки моей теории об отстающем миллиарде. Я проанализировал соотношение между ростом цен на экспортируемое сырьё и развитием экспортирующих стран. Я анализировал глобально. Я взял все страны в мире за последние 40 лет и проанализировал соотношение. И в краткосрочной перспективе — первые 5-7 лет — результат хороший. Даже прекрасный: всё растёт. Страна получает больше денег из-за улучшений условий торговли, и это так же источник роста продуктивности во всех сферах. ВВП сильно растёт — отлично! Это в короткий период. А как насчёт долгосрочной перспективы? Взглянем 15 лет спустя. При непродолжительном сроке — всё отлично, но в конечном счёте результат плохой. Сначала идёт рост, но потом большинство обществ оказываются в ещё худшем положении, чем если бы не проходили сырьевой бум вообще. Это не прогноз об изменении цен на сырьё; это прогноз последствий, долгосрочных последствий, динамика повышения цен.

Что же не так? Почему существует так называемое «проклятие ресурсов»? Опять же, я это проанализировал, и оказалось, что важнейшим вопросом является уровень управления, начальный уровень экономического вмешательства в момент начала сырьевого бума. Если присутствует достаточный уровень государственного вмешательства, сырьевого бума не будет. Экономика растёт при краткосрочной политике и ещё больше при долгосрочной. Например, в Норвегии, в самой богатой стране Европы. В Австралии, в Канаде. Проклятие ресурсов характерно только для стран ниже определённого уровня вмешательства. Эти страны всё равно растут в краткосрочной перспективе. Это то, что мы сегодня наблюдаем в странах отстающего миллиарда. У них никогда не было лучших темпов экономического роста. Вопрос в том, продолжат ли они краткосрочную политику. А за последние 40 лет, учитывая плохие управленческие решения, такого не было. Например, Нигерия, которая живёт хуже, чем если бы там никогда не было нефти.

Есть определённый порог, перешагнув который, страна развивается в долгосрочной перспективе, а ниже которого развитие страны снижается. Как пример этого порога — управленческий уровень Португалии в середине 1980-х. Вопрос вот в чём: отстающий миллиард находится выше или ниже этого уровня? Со времён товарного бума 1970-х произошло одно большое изменение — распространение демократии. И я подумал, может быть это то, что трансформировало управленческий уровень отстающего миллиарда. Может быть, мы можем быть более оптимистичными из-за распространения демократии. И я это проанализировал. Демократия имеет значительные последствия, но, к сожалению, они неблагоприятные. При демократии сырьевые бумы проходят ещё хуже, чем при автократии.

На этом этапе мне хотелось забросить исследования, но — (Смех) оказывается, эффекты демократии оказываются немного замысловатее. Потому что есть два различных аспекта демократии. Существует избирательная конкуренция, которая определяет, как получают власть, и система сдержек и противовесов, которая определяет, для чего её используют. Оказывается, избирательная конкуренция — источник урона от демократии, а разделение власти делает сырьевые бумы полезными. Иначе говоря, странам отстающего миллиарда необходимы сильные системы сдержек и противовесов, разделения власти. У них этого нет. Они получили демократию в одночасье в 1990-х: выборы без разделения власти.

Как мы можем помочь улучшить методы управления и создать систему сдержек и противовесов? Все страны отстающего миллиарда напряжённо работают над этим. Одно простое предложение — создать систему международных стандартов, которая будет добровольной, но тем не менее перечислит главные решения, которые необходимо будет принять для того, чтобы использовать эти доходы от природных ресурсов. Мы знаем, что международные стандарты работают, так как одна система стандартов уже существует. Она называется Инициатива Прозрачности в Добывающих Отраслях. Она основана на идее, что государства должны докладывать своим гражданам о доходах. Как только предложили эту инициативу, реформаторы в Нигерии поддержали её, приняли её и начали публиковать статистику доходов в газетах. Тиражи газет в Нигерии подскочили. Люди хотели знать, сколько их государство получало прибыли.

Итак, мы знаем, что эта идея работает. Какое было бы содержание этих международных стандартов? Я не успею объяснить все тонкости, но я дам вам пример. Первым делом — как достать ресурсы из-под земли, экономические процессы, добыча этих ресурсов, и доставка их к поверхности земли. И первый шаг — продажа прав на добычу ископаемых. Знаете ли, как продают права на добычу ископаемых сегодня, как это делали за последние 40 лет? Компания прилетает на самолёте, делает сделку с министром. Это хорошо для компании и частенько хорошо для министра — (Смех) но это не очень хорошо для страны. Есть одна очень простая институциональная технология, которая это может изменить — аукционы с проверкой. Государственное агентство с наибольшим опытом на земле — это, конечно, министерство финансов, а именно Британское казначейство. Это агентство решило продать права на мобильные телефоны третьего поколения, оценив сколько эти права стоят. Они решили, что эти права стоят примерно два миллиарда фунтов. Как раз вовремя группа экономистов предложила своё мнение: «Почему бы вам не попробовать аукцион? Вы получите настоящую цену». Аукцион принёс 20 миллиардов фунтов. Если Британское казначейство могло ошибиться в 10 раз, подумайте, насколько может ошибиться министерство финансов Сьерра-Леоне. (Смех) Когда я рассказал об этом президенту Сьерра-Леоне, на следующий день он попросил экспертов Всемирного Банка помочь с организацией аукционов.

Есть пять необходимых решений; каждое нуждается в международных стандартах. Если мы можем их создать, мы изменим мир. Мы бы помогли реформаторам в тех обществах, которые нуждаются в переменах. Это наша скромная роль. Мы не можем изменить эти общества, но мы можем помочь людям, которые стараются изо всех сил и обычно испытывают неудачи, так как шансы против них. Тем не менее, у нас нет этих правил. Если подумать, распространение международных правил ничего не стоит. Так почему же их нет? Я понял, что их нет из-за того, что пока у нас не появится критическая масса проинформированных граждан в наших обществах, политики будут отделываться простыми жестами. Если не существует проинформированного общества, политики — особенно в Африке — отделываются жестами: их действия выглядят хорошо, но ничего не меняют. И я понял, что нам нужно заняться созданием проинформированного общества.

Из-за этого, я нарушил все профессиональные правила поведения экономиста и написал книгу, которую можно читать на пляже. (Смех) Но я должен признать, процесс общения непрост для меня. Из-за этого я на этой сцене — но это настораживает. Я вырос в культуре самоуничижения. Моя жена показала мне комментарий об одной моей недавней лекции, который говорил: «Колье не харизматичен, (Смех) но его аргументы убедительны». (Смех) (Аплодисменты) Если вы согласны с этой реакцией, и если вы согласны, что нам необходима критическая масса проинформированных граждан, вы поймёте, что я нуждаюсь в вас. Пожалуйста, станьте послами. Спасибо. (Аплодисменты)