Параг Ханна о будущей значимости стран

Живем ли мы в мире без границ? Прежде, чем ответить на этот вопрос, взглянем на карту. На современной политической карте мира изображены более двухсот стран. Такое число, возможно, является рекордным, учитывая историю нескольких веков. Многие из вас возразят - для Вас более подходящей покажется вот эта карта: назовем ее TEDистаном. На ней нет границ, есть только объединенное и необъединенное пространство. Большинство из вас, вероятно, проживают в одной из сорока точек изображенном на этом экране - из многих других - что представляют 90% всемирной экономики.

Но давайте поговорим о 90% населения мира, которые никогда не покинут места, в котором они родились. Для них народы, страны, границы до сих пор имеют огромное значение, и, зачастую, жестокое. В TED мы решаем некоторые из самых сложных загадок науки и тайн вселенной. Что же, есть серьезная проблема, которую мы еще не смогли решить: наша политическая география. Как наилучшим способом люди распределяют себя на Земле?

Ответ на этот вопрос важен, потому что пограничные конфликты определяют существование львиной доли военно-промышленного комплекса. Пограничные конфликты могут сорвать большую долю прогресса, который мы надеемся достичь здесь. Поэтому я считаю, что нам необходимо глубже разобраться в том, как народы, деньги, политическое влияние, религия, культура, технологии взаимодействуют, изменяя карту мира. И мы можем попытаться предсказать эти изменения и направить их в более конструктивном направлении.

Итак, посмотрим на карты из прошлого, настоящего и некоторые, с которыми Вы еще не знакомы, чтобы понять, чего можно ожидать. Начнем с карты мира 1945-го года. В 1945-ом году в мире было всего 100 стран. После Второй Мировой войны Европа была разгромлена, но она все еще владела обширными колониями: Французская Западная Африка, Британская Восточная Африка, Южная Азия и так далее. Затем, после конца 40-ых, в 50-х, 60-х, 70-х и 80-х произошли волны деколонизаций. Было рождено свыше 50-ти новых стран. Африка распалась на множество частей. В Индии, Пакистане, Бангладеше, Юго-Восточной Азии были образованы новые государства. Затем наступил конец Холодной Войны. Конец Холодной войны и распад Советского Союза. Были созданы новые страны в Восточной Европе, бывшие республика Югославия и Балканы, и различные -станы центральной Азии.

На сегодня в мире 200 стран. Вся планета покрыта суверенными, независимыми нациями. Значит ли это, что чья-то победа должна стать для кого-то потерей? Рассмотрим одну из самых стратегических областей мира: Восточную Евразию. Как видно на карте, Россия все еще является самой большой страной на Земле. И, как Вам известно, Китай - самый густонаселенный. Их разделяет длинная граница.

На карте, однако, не видно того, что из 150-ти милионного населения России большинство сосредоточено в ее западных регионах и в областях, соседствующих с Европой. И всего лишь 30 миллионов населения живут в восточной части. Далее, по прогнозам Всемирного Банка, уровень населения России падает, приближаясь к отметке в 120 миллионов человек.

Есть и еще кое-что, чего не видно на карте. Сталин, Хрущев и другие лидеры Советского Союза заселяли Дальний Восток путем ГУЛАГов, рабочих лагерей, атомных научных городов, и так далее. Но с ростом цен энергоносителей российское правительство начало развивать данную инфраструктуру, чтобы объединить запад и восток страны. Но это оказало обратное последствие на распределение населения России. Те, кто проживал на востоке против своей воли, теми же поездами и дорогами вернулись в западную часть России. В результате, на Дальнем Востоке России, или на территории площадью в две Индии, проживает всего шесть миллионов россиян.

Итак, попытаемся разобраться в том, что происходит в этой части мира. Начнем с Монголии, называемой некоторыми Шахто-голией. Из-за чего ее так называют? Оттого, что в Шахто-голии работают китайские компании и являются собственниками большинства шахт - по добычи меди, цинка, золота - и они везут добываемые ископаемые на юг и восток в Китай. Китай не завоевывает Монголию; он ее выкупает. Колонии раньше завоевывались. Сегодня они покупаются.

Применим подобный принцип к Сибири. Большинство из Вас, наверное, воображает Сибирь холодной, отдаленной и непригодной для жизни. Но, принимая во внимание глобальное потепление и повышающуюся температуру, несложно представить бескрайние поля пшеницы, агрибизнес и посев зерновых в Сибири. И кого же все это будет кормить? Ну хотя бы, например, жителей по другую сторону Амур-Дарьи в провинциях Китая Хэйлунцзян и Харбин, где живет больше ста миллионов человек. Это больше, чем население России.

Каждый год - на протяжении по крайней мере десятка лет или дольше, 60.000 оповещают свою волю, пересекая северную границу и заселяя эту безлюдную территорию. Они открывают свои рынки и больницы. Они переняли лесопромышленный комплекс и перевозят пиломатериалы на восток, в Китай. Опять же, как и в Монголии, Китай не завоевывает Россию. Он ее берет в аренду. Это я называю глобализацией по-китайски.

Вот так может выглядеть карта этой области через 10-20 лет. Но подождите. Этой карте - 700 лет. Это - карта Юаньськой династии, возглавляемая Кубла-Ханом, внуком Чингиз-Хана. История себя повторить не обязана, но она бывает цикличной.

Это - только пример того, что происходит по всему на этой части Земли. Опять же, глобализация по-китайски. Так как глобализация открывает всевозможные новые средства подорвать и изменить наше представление о политической географии. Итак, в прошлом восточной Азии не упоминаются страны и границы. Упоминаются термины империи и иерархии, обычно китайские и японские.

И снова очередь Китая. Так что давайте рассмотрим, как Китай восстанавливает этот порядок на дальнем востоке. Все начинается с мировых центров. Помним, что 40 точек на карте Земли ночью представляют собой центры мировой экономики. В восточной Азии таких центров больше, чем в какой-либо иной области мира: Токио, Сеул, Пекин, Шанхай, Гонконг, Сингапур, Сидней - вот фильтры и воронки, через которые протекает всемирный капитал. Триллионы долларов в год привлекаются в этот регион. Большинство из них вкладываются в Китае.

В добавок к этому - торговля. Эти векторы и стрелки изображают усиливающиеся торговые отношения Китая с каждой страной региона. Все конкретнее они направлены в сторону Японии, Кореи и Австралии - стран-союзников с США. Австралия, например, сильно зависит от Китая в сферах экспорта железной руды и природного газа. Китай снижает таможенные тарифы более бедным странам, позволяя Лаосу и Камбоджии экспорт товаров по более низким ценам, тем самым усиливая их торговую зависимость от Китая.

Многие из вас читали в новостях о том, как многие надеятся на то, что Китай возглавит скачок - экономический скачок - не только Азии, но и возможно, что и всего мира. Азиатская зона торговли - почти что свободной торговли - продолжает развиваться и уже имеет больший объем, чем тихоотлантическая торговля. Таким образом, Китай становится фиксатором региональной торговли.

Еще одним столпом этой стратегии являются дипломатические отношения. Китай подписал военные соглашения с многими странами региона. Он стал центром таких дипломатических учреждений, как Восточно-Азиатское Сообщество. Некоторые из этих организаций даже не включают США в списке членов. Существует соглашение нескольких стран о ненападении, так что при случае военного конфликта между Китаем и США большинство стран будут вынуждены быть нейтральными, включая союзников США - Корею и Австралию.

Еще одной опорой стратегии, как и при отношении к России, является демография. Китай экспортирует бизнесменов, нянь, студентов и преподавателей китайского языка по всему региону, смешиваясь путем брака и занимая все высшие командные высоты экономической сферы. Этнические китайцы в Малазии, Тайланде и Индонезии уже влияют на ключевые факторы и инструменты местных экономик. Таким образом, возрождается гордость китайцев по всему региону. В Сингапуре, например, раньше запрещалось обучение на китайском языке. Теперь оно поощряется.

К чему же все это приводит? До Второй Мировой войны Япония внедряла видение бо՛льшей японской сферы взаимного процветания. Сегодня, определяется подобная сфера большего процветания Китая. Итак, вопреки тому, что означают линии на карте, описывая государства и границы, в реальности на дальнем востоке растут во влиянии национальные культуры, но в более гибкой, империальной зоне. Все это происходит без единого выстрела.

Все совершенно не так как в странах Среднего Востока, где государства до сих пор недовольны границам, оставленным им европейскими колонизаторами. Итак, что же можно нового предпринять по поводу проблем границ в этом регионе? Которым линиям стоит уделять внимание? То, что я хочу Вам представить, я называю строительством государства, изо дня в день.

Начнем с Ирака. После шести лет вторжения США в Ирак, это государство существует более на карте, чем в реальности. Раньше, нефть была одной из сил, объединяющих Ирак. Сейчас - это крупнейший фактор его десинтеграции. Причиной тому - Курдистан. На протяжении трех тысяч лет курды боролись за свою независимость. Сейчас у них появилась возможность ее получить. Вот схема нефтепроводов, начинающихся в Курдистане - регионе, богатом нефтью.

Сегодня, посещая Курдистан, можно быть свидетелем того, как курдские повстанцы Пешмерга ведут борьбу с суннитской армией Ирака. Но что же они охраняют? Разве границу на карте? Нет: нефтепровод. Если курды смогут удержать нефтепровод, то они смогут диктовать условия своей государственности. Должны ли мы из-за этого расстраиватся, имея ввиду возможность распада Ирака? Я думаю, что нет. Ирак все равно останется вторым крупнейшим добытчиком нефти в мире, следуя за Саудовской Аравией. К тому же, все еще есть возможность разрешить трехтысячалетний конфликт. Не будем забывать, что у Курдистана нет выхода к морю. Сотрудничество в их интересах. Для того, чтобы получить прибыль от продажи нефти, ее необходимо экпортировать через Турцию, или Сирию, и другие страны, а также территорию Ирака. Следовательно, Курдистану необходимо придерживаться дружественных отношений со своими соседями.

Теперь взглянем на постоянный конфликт региона. Речь идет, конечно же, о Палестине. Палестина является картографической аномалией, состоящей из двух частей Палестины и одной части Израиля. Тридцать лет переговоров в розовом саду не сумели произвести мирного разрешения конфликта. Что же сможет? Я думаю, что строительство инфраструктуры может разрешить этот конфликт. На сегодняшний день донорные организации тратят на это миллиарды долларов. Эти две стрелки - это пути, пригородные железнодорожные пути и подобная инфраструктура, связывающая западный берег реки Иордан с Сектором Газа.

Если в Газе будет функционирующий порт, связанный с западным берегом Иордана, то станет возможным палестинское государство, палестинская экономика. Это, по-моему, сможет разрешить данный конфликт. Уроки из Курдистана и Палестины заключаются в том, что независимость, сама с собой, без инфраструктуры, бесполезна.

Как мог бы выглядить весь этот регион, если мы начнем уделять большее внимание линиям на карте, которые не обозначают границ, когда бы закончилась нестабильность? Последний раз, когда что-то подобное произошло было век назад, во времена Оттоманской Империи. Это - Хиджаззская железная дорога. Она в свое время шла от Стамбула до Медины, проходя через Дамаск. Одна из ее ветвей даже походила до Хайфы, что в современном Израиле на Средиземном море. Но в наше время, Хиджаззская ж/д лежит в клочьях, руинах. Если бы мы уделили внимание восстановлению этих гнутых линий на карте, инфраструктуре, пересекающей прямые границы, я думаю, Ближний Восток стал бы более мирным регионом.

А сейчас рассмотрим еще одну часть света - бывшие советские республики Ценральной Азии. Границы этих стран возникли согласно указам Сталина. Их границы преднамеренно бессмысленны. Он хотел смесить этнические группы для того, чтобы их разделить и ими властвовать. К счастью для них, большинство месторождений нефти и газа были найдены после распада Советского Союза.

Некоторые из Вас, наверное, про себя думают: "Нефть, нефть, нефть. Почему он только и говорит о нефти?" Разговор о нефти в прошлом радикально отличается от того, как мы о ней говорим в настоящее время. Раньше разговаривали о том, кто контролирует их нефть. В настоящее время они используют нефть в своих целях. И я Вас уверяю в том, что для них она не менее важна, чем она была важна колонизаторам и империалистам. Вот некоторые проекты нефтепроводов, возможные варианты и сценарии, и пути, расчитываемые на последующие десятилетия. Их целое множество.

Для нескольки стран с этой части света проклад нефтепроводов - это возможность влиться в мировую экономику, и доказательтство тому, что их лояльность простирается за пределы их границ. Рассмотрим это на примере Азербайджана. Азербайджан был забытой частью Кавказа. В настоящее время, с проведением нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан в Турцию он переродился в страну, граничащую с Западом.

Или Туркменистан, который на многих производил впечатление холодного и малоперспективного места. В данное время через его территорию проходит газопровод под Каспийским морем, который снабжает Европу. Или даже возможность Туркмено-Афгано-Пакистанско-Индийского нефтепровода.

Или же Казахтан, который до недавнего времени был безымянным - он считался скорее южной частью Сибири при Советском Союзе. В наше время Казахстан считается новым геополитическим игроком. Почему? Потому что он умело провел нефтепровод под Каспийским морем, на север, через Россию, и даже на восток в Китай. Больше нефтепроводов означает больше великих шелковых путей вместо большой игры. Большая игра символизирует преобладание одного над другим. Великий шелковый путь символизирует независимость и взаимодоверие. Чем больше нефтепроводов, тем больше великих шелковых путей и меньше борьбы за господство в стиле большой игры можно будет ожидать в 21-м веке.

Ну, а сейчас давайте рассмотрим единственную часть мира, которая по-настоящему убрала границы, и усилилась этим. Это, конечно же, Европа. Евросоюз начал свое существование как соглашение по торговле углем и сталью между шестью странами. Его главной целью было послевоенное восстановление Германии мирным путем. Со временем союз вырос до 12-ти стран. Их символизируют 12 звезд на Европейском флаге. Евросоюз затем стал валютным блоком, и в настоящее время является самым сильным торговым блоком мира. В среднем, к Евросоюзу присоедилось по стране в год со времени окончания Холодной Войны. Большинство стран вошли в Евросоюз в один и тот же день. В 2004-м году 15 стран одновременно вступили в Евросоюз, формируя пространство, которое большинством считается пояс мира, объединяющий 27 стран и 450 миллионов человек.

Чего ожидать теперь? Что ждет Евросоюз в ближайшем будущем? Светло-синим обозначены области регионов, которые как минимум на две трети зависят от Евросоюза торговлей или инвестициями. О чем это нам говорит? Торговля и инвестиции ярко иллюстрируют намеренности Европы. Даже регионы, не являющиеся частью Евросоюза, уже входят в зону его влияния. Рассмотрим к примеру Балканы, Хорватию, Сербию и Боснию: которые пока что не являются членами Евросоюза. Но на немецком междугороднем экспресс-поезде можно добраться почти до Албании. В Боснии евро находится в свободном употреблении, и, скорее всего, это будет их единственной валютой.

Итак, рассмотрим другие регионы по переферии Европы, такие как Северная Африка. В среднем, каждый год или через год, под Средиземным морем прокладывается очередной нефте- или газопровод, сближая Северную Африку с Европой. Это не только помогает Европе уменьшить зависимость от России на энергоносители. Путешествуя по Северной Африке все чаще и чаще встречаешь жителей, которые не считают свой регион Средним Востоком. Иными словами, я верю словам президента Франции Саркози о Средиземноморском союзе государств.

Ну а теперь поговорим о Турции и Кавказе. Я уже упомянул Азербайджан. Этот корридор Турции и Кавказа стал путем переправки 20-ти процентов энергоносителей Европы. Тогда разве Турции нужно стать членом Евросоюза? Я в этом сомневаюсь. Я думаю, что она уже состоит в евро-турецкой сверхдержаве.

Чего же ожидать? Где изменятся очертания границ и появятся новые страны? Юго-центральная Азия и юго-западная Азия, возможно, являются такими регионами. Восемь лет спустя вторжения США в Афганистан, эта страна до сих пор испытывает высокий уровень неустойчивости. И Пакистан, и Афганистан все еще являются хрупкими государствами в связи с их неспособностью конструктивно разрешить проблему пуштунского национализма. Этот флаг развивается в воображении двадцати миллионов пуштунов, живущих по обе стороны границы между Афганистаном и Пакистаном.

Не следует также забывать волнения чуть южнее, в Балочистане. Две недели назад местные повстанцы атаковали гарнизон пакистанской армии и подняли над ним вот этот самый флаг. Пост-колониальная энтропия, происходящая во всем мире, ускоряется. Я бы не удивился любым подобным переменам на карте, как последствиям распада государств.

И, конечно же, невозможно забыть про Африку. Континент с 53-мя странами с наибольшем числом подозрительно прямымх границ. Рассматривая Африку, можно с уверенностью признать существование многих других, допустим, границ племен и так далее. Взять хотя бы Судан, вторую по площади страну Африки. В настоящее время тамодновременно идут три гражданские войны, геноцид в Дарфуре, о котором Вы все наслышаны, гражданская война на востоке страны, и в южном Судане. В 2011-м году Южный Судан проведет референдум, результатом которого, вероятно, станет его независимость.

А теперь взглянем на северный полярный круг. Это место проведения гонок за энергоресурсами, находящимися под морским дном. Кто выиграет? Канада? Россия? США? На самом деле Гренландия. Несколько недель назад шестидесятитысячное население проголосовало за право самоуправления от Дании. Так что территория Дании в ближайшее время намного уменьшится.

В чем же заключается урок всех этих событий? Геополитика, как предмет, очень несентиментальна. Она постоянно преобразовывает мир, как изменение климата. И, как в нашем отношении к экосистеме, мы постоянно ищем эквилибриум, который нам подскажет, как распределиться по планете. То, чего мы боимся, меняет карту. Мы боимся гражданских войн, смертельных исходов, того, что придется учить названия новых стран. Но я считаю, что инертность границ, существующих сегодня, куда более опасна и неистова.

Вопрос состоит в том, как их изменить и на каких чертах сосредотачивать внимание. Я считаю, что если мы сосредоточимся на линиях, пересекающих границы, на линиях инфраструктур, то мы окажемся в том мире, в каком хотим жить: в мире без границ. Спасибо. Аплодисменты.