Джеки Тэбик: Сбалансированное сострадание.

Один из моих любимых героев из мультфильмов - Снупи. Мне нравится как он сидит в своей собачьей будке и как замечательно размышляет о жизни. Поэтому когда я думаю о сострадании, я сразу мысленно вспоминаю отрывок из мультика, где он лежит и говорит: "Я действительно понимаю и я действительно ценю то, что человек должен любить ближнего своего как самого себя. Проблема только в ближних. Я терпеть их не могу." Это в своем роде одна из проблем того, как интерпретировать действительно хорошую идею.

Я думаю, что мы все верим в сострадание. Если вы посмотрите на мировые религии, на основные религии, то вы найдете в них учения о сострадании. Тора, священная книга иудаизма, учит нас, что вы должны любить ближнего своего как самого себя. И в еврейских учениях, учениях раввинов, есть Гиллель, который учил, что не следует поступать с другими так, как вы бы не хотели чтобы поступили с вами. Все основные религии учат тому же самому. Опять-таки, в иудаизме существует учение о Боге, которого называют Богом Сострадания, Рахамине. В конце концов как бы мог существовать мир, если бы Бог не имел сострадания? Мы, как учит Тора, были сделаны по образу и подобию Бога, так что мы тоже должны быть сострадательными. Но что это значит? Как это влияет на нашу ежедневную жизнь? Конечно иногда сострадание приносит чувства, которые очень сложно контролировать.

Я знаю это, потому что сама много раз проводила похораны, или находилась рядом с умирающими людьми, или теми, кто переживает потерю близкого человека, и я переполнена грустью, трудностью и сложностью того, что переживает семья, сам человек. Я тронута этим до слез. В то же время, если я себе позволю этим чувствам переполнить себя, я не смогу делать мою работу, а я должна быть там для них и обеспечивать, чтобы все ритуалы и практические аспекты похорон были выполнены. С другой стороны, если бы я не чувствовала сострадания, то я думаю, что пришло бы время снять мою робу и перестать быть раввином.

С этими же чувствами мы все сталкиваемся как только выходим в мир. Кто может не иметь сострадания и жалости, видя ужасные последствия войны, голода, землетрясения или цунами? Я знаю людей, которые говорят: "В мире столько всего происходит, что я просто не могу помочь всем. И даже не хочу попробовать." Существуют также работники благотворительных организаций, которые называют сострадание тяжелой работой. Есть и другие, кто не может сталкиваться с состраданием в очередной раз, поэтому они просто выключают телевизор. Тем не менее в иудаизме мы склоняемся к тому, что существует золотая середина.

Вы конечно должны знать о нуждах других, но вы должны об этом знать в таком ключе, что вы сможете продолжить вести привычный образ жизни и при этом помогать другим. Частично сострадание - это понимание того, что заставляет людей жить. Конечно вы не можете этого делать пока не поймете чуть лучше самого себя.

Существует прекрасная раввинская версия создания мира, которая говорит, что когда Бог создал мир, он думал что будет лучше всего создать мир только с одним божественным атрибутом - справедливостью. Потому что в конце концов Бог справедлив. Следовательно в мире должна быть справедливость. Но, когда Бог посмотрел в будущее, он понял, что если мир будет создан только со справедливостью, он не сможет существовать.

Поэтому Бог подумал: "Нет, я создам мир только с состраданием." Но, когда Бог снова заглянул в будущее, он понял, что если мир будет наполнен только состраданием, то будет царить анархия и хаос. Для всего должны существовать рамки. Раввины описывают это как быть царем, который имеет красивую и хрупкую стеклянную вазу. Если вы наполните ее слишком холодной водой, она разобьется. Если вы наполните ее кипящей водой, она тоже разобьется. Что же остается делать? Смешать холодную и горячую воду и наполнить вазу теплой водой. Так Бог наполнил мир двумя этими возможностями.

Но в мире должно быть больше всего. Например, передача чувств, которые у нас могут быть о сострадании, в более широкий мир, превращение их в действие. Знаете, мы не можем, как Снупи, лежать и размышлять о наших соседях. Мы должны что-то сделать на самом деле. Поэтому в иудаизме существует понятия любви и доброты, которые очень важны. Хесед.

Эти три понятия должны быть соединены вместе. Идея справедливости, которая определяет границы дозволенного в нашей жизни и дает нам чувство того, что правильно в жизни, что мы должны делать, социальная справедливость. Должно быть желание совершать хорошие поступки, но конечно они не должны нам стоить нашего собственного благоразумия. Знаете, не существует возможности делать все для всех, если вы слишком усердствуете. Идея сострадания - это баланс этих вещей. Эта идея должна в нас быть, у самых корней.

Идея сострадания пришла к нам, потому что мы сделаны по образу и подобию Бога, который в конечном счете и является сострадательным. Что влечет за собой сострадание? Оно влечет за собой понимание боли другого человека. Но даже более того, это значит понимание своей связи с сотворением мира, понимание, что вы являетесь частью замысла создания, что существует некое единство, которое лежит в основе всего, что мы видим, всего, что мы слышим, всего, что мы чувствуем. Я называю это единство Богом. Это единство объединяет все созданное.

Конечно в современном мире, со всеми движениями, связанными с окружающей средой, мы все больше узнаем о связанности вещей, о том, что, например, то, что я делаю здесь имеет значение в Африке, если я, например, буду использовать больше углерода, потому что кажется, это является причиной недостатка дождя в центральной и восточной Африке. Так что связь существует. Я должна понимать это, будучи частью сотворения мира, будучи созданной по образу Бога. Я должна понимать, что иногда мои нужды должны быть сублимированы для нужд других.

Я нахожу достаточно занимательным эти историю про 18 минут. Потому что в иудаизме слово, число 18, написанное на идише означает жизнь, слово жизнь. Поэтому в некоторой степени из-за 18 минут мне сложно сказать: "Вот что в этой жизни важно в смысле сострадания", но и не только это. На самом деле важны 18 минут. Потому что в Песах, когда мы должны есть пресный хлеб, раввины говорят, какая разница между тестом, из которого печется хлеб и тестом, из которого печется пресный хлеб, маца. И они говорят, что это 18 минут. Потому что это именно столько, сколько требуется тесту, чтобы стать кислым. Что значит тесто становится кислым? Это значит, что оно наполняется горячим воздухом. Что такое маца? Что такое пресный хлеб? Вы не понимаете.

Символически, раввины говорят, что в Песах мы должны попытаться избавится от нашего горячего воздуха, нашей гордости, от нашего чувства, что мы главные люди в целом мире, и что все должно вращаться вокруг нас. Поэтому мы пытаемся и избавляемся от этого, и делая это, мы также пытаемся избавится от привычек, эмоций, идей, которые подчинили нас себе, которые закрыли нам глаза, сузили наш кругозор так, что мы не видим нужды других, и мы освобождаем себя от этого. Это также является основой сострадания и понимания нашего места в этом мире.

В иудаизме есть чудесная история о богатом человеке, который однажды сидел в синагоге. Как и многие, он задремал во время проповеди. Пока он дремал, читалась книга Левита из Торы. Там говорилось, что в древние времена в храме Иерусалима, у священников был хлеб, который они обычно помещали на специальный стол в храме в Иерусалиме. Мужчина спал, но проснулся, услышав слова хлеб, храм, Бог. И он сказал: "Бог хочет хлеб. Вот оно. Бог хочет хлеб. Теперь я знаю, чего хочет Бог."

Мужчина поспешил домой. После шабата, он приготовил 12 буханок хлеба и понес их в синагогу, пришел туда, открыл синагогальный ковчег и сказал: Бог, я не знаю почему ты хочешь этот хлеб, но вот он." Он положил в ковчег хлеб и свиток Торы. Потом он пошел домой.

В этом время в синагогу пришел уборщик. "О, Господи, я в беде. У меня дети, которых я должен кормить. Моя жена больна. У меня нет денег. Что мне делать?" Он приходит в синагогу. "Господи, помоги мне. О, какой ароматный запах." Он идет к ковчегу. Он открывает его. "Здесь хлеб! Господи, вы услышали мои молитвы. Вы ответили на мою просьбу." Он берет хлеб и идет домой.

Тем временем богатый мужчина думает про себя: "Я идиот. Бог хочет хлеб? Бог, который управляет все миром, хочет мой хлеб?" Он спешит в синагогу. "Я заберу хлеб из ковчега пока никто не нашел его." Идет туда, но не находит хлеб. Мужчина говорит: "Господи, вы действительно хотели этого. Вы хотели мой хлеб. На следующей неделе я принесу с изюмом."

Это продолжалось годами. Каждую неделю мужчина приносил хлеб с изюмом, с другими добавками и клал его в ковчег. Каждую неделю приходил уборщик. "Господи, вы снова ответили на мою просьбу." Забирал хлеб и шел домой.

Все это продолжалось до тех пор пока не пришел новый раввин. Раввины всегда все портят. Раввин увидел, что происходит. Он позвал обоих мужчин к себе в офис. Он рассказал им о том, что происходит.

Богатый мужчина уныло сказал: "Вы хотите сказать, что Господь не хотел моего хлеба?"

А бедный мужчина сказал: "Так значит Бог не отвечал на мои просьбы и молитвы?"

Раввин сказал: "Вы меня не правильно поняли. Вы меня совершенно не поняли. Конечно то, что вы делаете, - сказал он богатому мужчине, - отвечает желанию Господа, чтобы мы были сострадательными. Бог, - сказал он бедном мужчине, - отвечает вашим молитвам о том, что люди должны быть сострадательными, и должны отдавать." Он посмотрел на богатого мужчину, взял его за руку и сказал: "Неужели вы не понимаете? Это и есть рука божья."

Это то, что я чувствую, что я могу только попробовать приблизиться к идее быть сострадательной, к пониманию, что в этом мире существует связь, существует единство, и я могу попытаться служить этому единству, я надеюсь, что я могу делать это с пониманием, я могу попробовать понять что-то о боли других, но понимая это, нужно помнить, что существуют границы, что люди должны нести ответственность за некоторые проблемы, которые у них появляются, и я должна осозновать, что есть пределы моей энергии, пределы тому, что я могу дать. Я должна переоценить их, попробовать разделить материальные вещи и мои эмоции, которые возможно подчинили меня себе, и тогда я смогу видеть мир ясно.

Затем я должна попробовать увидеть каким образом я могу это сделать руками божьими. Попытаться таким образом принести сострадание в этот мир.