Яцек Утко спрашивает — Может ли дизайн спасти газету?

Газеты закрываются по нескольким причинам. Читатели не хотят платить за вчерашние новости, а рекламодатели следуют за ними. Ваш iPhone, ваш ноутбук намного удобнее чем воскресный New York Times. И, в конце концов, мы же должны спасать деревья. Этого достаточно, чтобы похоронить любую индустрию. Так что мы должны спросить — «Может ли что-нибудь спасти газеты?»

Есть несколько сценариев для газеты будущего: Кто-то говорит, что она должна быть бесплатной; Она должна быть формата таблоида, или даже меньше А4; Она должна быть местной, управляться сообществами или нишевой — для небольших групп, таких как бизнес, но тогда не бесплатной, а очень дорогой; Она должна опираться на мнения — меньше новостей, больше точек зрения. И мы предпочтём её за завтраком, потому что позже мы слушаем радио в машине, на работе проверяем почту и по вечерам смотрим телевизор. Звучит неплохо, но это просто даст нам немного времени. Потому что в конечном счете, я думаю, что нет причин, практических причин для выживания газет.

Так что мы можем сделать? (Смех) Давайте я расскажу вам свою историю. 20 лет назад, Боньер, шведский издатель, начал выпускать газеты в странах бывшего Советского Блока. Через несколько лет у них было несколько газет в Центральной и Восточной Европе. Они выпускались неквалифицированными специалистами, у которых не было ни вкуса, ни финансирования на графику. Во многих местах не было даже арт-директоров. Я решил им стать — работать на них в качестве арт-директора. До этого я был архитектором и моя бабушка как-то спросила меня — «Чем ты зарабатываешь на жизнь?» Я сказал — «Я занимаюсь дизайном газет». «Что? Там же нечего делать. Это просто скучные буквы». (Смех) И она была права. Я был очень расстроен, пока однажды...

Я приехал в Лондон и увидел выступление Cirque du Soleil. И меня осенило. Я подумал — «Эти парни взяли какое-то жуткое, дешёвое шоу и подняли его на высший уровень искусства». Я подумал — «О Боже, может быть я смогу сделать тоже самое со скучными газетами.» И я сделал. Мы начали переоформлять их, одну за одной. Титульная страница стала нашей фишкой. Это был мой личный канал общения с читателями.

Я не буду вам рассказывать истории о командной работе и сотрудничестве. Мой подход был очень эгоистичным. Я хотел донести своё видение, свою интерпретацию реальности. Я хотел делать постеры, а не газеты, даже не журналы — постеры. Мы экспериментировали со шрифтом, с иллюстрациями, фотографиями. Мы развлекались. Вскоре это начало приносить плоды. В Польше наши работы получали звание «Обложка года» три раза подряд. Другие примеры, которые вы видите, из Латвии, Литвы, Эстонии — стран Центральной Европы.

Но дело не только в титульной странице. Секрет в том, что мы работали со всей газетой, как с единым целым, как с единой композицией — как в музыке. У музыки есть ритм, есть подъемы и спады. И дизайн отвечает за эти впечатления. Перелистывание страниц — это впечатления читателей и я отвечаю за это впечатления. Мы работали с разворотом, как с одной страницей, потому что читатели именно так его воспринимают.

Вы можете видеть несколько русских страниц, которые получили много наград на крупнейшем конкурсе инфографики в Испании. Но настоящая награда досталась нам от Всемирного общества газетного дизайна. Через год после смены дизайна газеты в Польше они присвоили ей звание «Газета с лучшим в мире дизайном». А через два года та же награда досталась газете в Эстонии. Удивительно, не правда ли? Нет.

Что самое удивительное — тираж этих газет также вырос. Вот несколько примеров: В России — плюс 11 процентов через год и плюс 29 через три года после смены дизайна. То же самое в Польше — плюс 13 процентов и увеличение тиража на 35 процентов через 3 года. Вы можете видеть на графике, что после нескольких лет застоя, начинается рост, просто после смены дизайна. Но самым лучшим достижением стала газета в Болгарии. И это действительно потрясающе.

Это сделал дизайн? Нет. Не только. Дизайн был только частью процесса. И процесс состоял не только из смены внешнего вида, он работал на улучшение всего продукта полностью. Я взял правило из архитектуры о функции и форме и перенес его на газету — содержание и дизайн. И я поставил стратегию во главу угла. Так что сначала мы задаём себе вопрос: зачем мы это делаем? В чем наша цель? Затем соответствующим образом подстраиваем содержание. А уже потом, обычно через два месяца, мы начинаем работу над дизайном. Мои руководители, в самом начале, очень удивлялись — зачем я задаю им все эти вопросы о бизнесе вместо того чтобы просто показать им страницы? Но вскоре они поняли, что это новая роль дизайнера — быть участником процесса от самого начала до самого конца.

Так в чём же урок? Первый урок заключается в том, что дизайн может изменить не только ваш продукт. Он может поменять ваш рабочий процесс, на самом деле, он может поменять всё в вашей компании, он может перевернуть вашу компанию с ног на голову. Он даже может изменить вас. А кто в ответе за это? Дизайнеры! Дайте всю власть дизайнерам! (Аплодисменты) Но второй урок еще более важен. Вы можете жить в небольшой бедной стране, как я. Вы можете работать в маленькой компании в скучной области. У вас может не быть ни финансирования, ни людей, но всё равно вы можете поднять свою работу на высочайший уровень. И это может сделать каждый. Вам просто нужно вдохновение, видение и решительность. И вы должны помнить, что недостаточно просто быть хорошим специалистом.

Спасибо.