Гарт Ленц: Истинная стоимость нефти

Самый крупномасштабный и разрушительный для окружающей среды промышленный проект расположен в самом сердце крупнейшего и самого нетронутого леса на Земле – Канадской тайги. Она тянется через северную Канаду, в Лабрадор. В тайге обитает самое большое оставшееся в дикой природе стадо оленей карибу, стадо реки Джордж, насчитывающее приблизительно 400 тысяч животных. К сожалению, когда я был там, я не смог найти ни одного, но в качестве доказательства есть оленьи рога.

Нам несказанно повезло, что тайга просто изобилует болотами. Болота находятся под угрозой исчезновения. Это очень важные экосистемы. Они очищают воздух, воду, поглощают огромные количества парниковых газов. В болотах живёт огромное разнообразие видов. В болотах тайги обитает почти 50% от 800 видов птиц Северной Америки, мигрирующих на север для разведения потомства.

В Онтарио тайга проходит от юга к северному берегу Верхнего Озера. И эти невероятно красивые леса вдохновляли самых известных деятелей искусства за всю историю Канады. Художники «Группы Семи» нашли вдохновение в этой природе. Таким образом, тайга – не только ключевая часть нашего природного наследия, но также важная часть нашего культурного наследия.

Это восточная сторона озера Виннипег, в Манитобе, и здесь располагается место, недавно добавленное в список культурного наследия ЮНЕСКО. В Саскачеване через всю тайгу текут наши знаменитые реки, невероятная сеть рек и озёр, о которой знает каждый школьник. Пис, Атабаска, Черчилл, Маккензи – эти речные сети были историческими маршрутами для путешественников и охотников, первых некоренных исследователей северной Канады, которые брали у местных народов каноэ и гребли, разведывая торговый путь, Северо-Западный Проход для торговли мехом.

На Севере тайга граничит с тундрой, и чуть ниже, в Юконе, располагается долина невероятной красоты, долина Тумстоун. В этой долине живёт стадо карибу Поркьюпайна. Возможно, вы когда-нибудь слышали об этом стаде при упоминании места выведения молодняка оленей в Арктическом Национальном заповеднике дикой природы. Места для зимовок также крайне важны, и они также не защищены и потенциально могут быть использованы для добычи газа и разработки месторождений.

На западной границе тайги в Британской Колумбии расположен Береговой Хребет, и по ту сторону хребта раскинулся величайший из оставшихся умеренных дождевых лесов в мире, Царство Великого Медведя. Через несколько минут мы поговорим о нём более подробно.

Тайга – дом для огромного, невероятного разнообразия коренных народов и богатой, многообразной культуры. Я думаю, что одна из причин, по которой многие из этих народов сохранили связь с прошлым, – тот факт, что они говорят на своём родном языке, знают традиционные песни, танцы, обряды. Я считаю, что это произошло из-за удалённости от цивилизации, длительного промежутка времени и этого удивительного места, почти на 95% нетронутой экосистемы. Я думаю, что в особенности теперь, когда мы видим себя в эпоху экологического кризиса, мы можем многое узнать у этих людей, которые стабильно жили в этой экосистеме на протяжении 10 тысяч лет.

Но в самом сердце этой экосистемы находится то, что является полной противоположностью всем тем ценностям, о которых мы говорили, и я думаю, что эти ценности – одни из основных, благодаря которым мы гордимся тем, что мы – Канадцы. Это битуминозные пески Атабаски, расположенные в провинции Альберта, самые большие нефтяные месторождения на планете после месторождений Саудовской Аравии. Глубоко под землёй, на которой раскинулась тайга и болота северной Альберты, лежат огромные запасы этого липкого, как смола, битума. Его добыча и разработка месторождения оказывают настолько разрушительное влияние на природу, что наша планета такого ещё не видела.

Я хочу попытаться передать масштабы этого бедствия. Посмотрите на этот грузовик, это самый большой грузовик на планете. Самосвал с грузоподъёмностью 400 тонн, 13 метров в длину, 10 метров в ширину и 7 метров в высоту. Если я встану около него, моя голова будет доходить до дна жёлтой части этой покрышки. По размерам этой махины можно с лёгкостью выстроить двухэтажный дом площадью в 280 квадратных метров. Я делал вычисления. Вместо того, чтобы думать о грузовике, представьте себе дом с такой площадью. Это неплохой размер для дома. И выстройте эти самосвалы или дома туда и обратно с самого низа на всём пути к вершине. Затем подумайте, насколько огромна эта небольшая часть одной шахты.

Теперь давайте подумаем точно так же, только применительно к нашему случаю. Здесь вы видите – конечно, в дальнейшем эти грузовики станут просто точками. Представьте себе все эти грузовики, идущие туда и обратно. Насколько велик один участок месторождения? Он мог бы стать огромной, обширной агломерацией, возможно, значительно большей, чем город Виктория. И это только один участок из 10 месторождений. Перед вами только одна секция нефтедобывающего комплекса, и ещё 40 или 50 таких секций находятся в процессе утверждения. В строительстве этих нефтяных шахт ещё ни разу не было отказано. Дело за печатью не станет.

Другим методом добычи нефти является метод парогравитационного дренажа. Огромное количество воды нагревается и закачивается в землю через эти обширные сети трубопроводов, сейсмические линии, скважины, компрессорные станции. Даже если это выглядит, возможно, не так отвратительно, как шахты, в некотором смысле это даже более разрушительно. Всё это оказывает влияние на большую часть этой нетронутой территории и дробит её на части. Наблюдается 90%-ое сокращение численности таких основных видов животных, как лесной карибу и медведь гризли. При таком способе добычи нефти затрачивается даже больше энергии, больше воды, а количество выбрасываемых в атмосферу парниковых газов не уменьшается. Метод парогравитационного дренажа также разрушителен для окружающей среды, как и строительство шахт.

Нефть, добываемая любым из этих методов, производит больше парниковых газов, чем любая другая нефть. Это одна из причин, по которой её называют самой грязной нефтью в мире. Это также одна из причин возникновения крупнейшего и быстрорастущего источника углерода в Канаде, и это объясняет, почему Канада сейчас находится на третьем месте по производству углерода на человека. Хвостохранилища являются крупнейшими токсическими водохранилищами на планете. Этот термин «нефтяные пески», или же битуминозные пески, придумали специалисты по связям с общественностью, чтобы нефтяные компании не пытались продвигать на рынок субстанцию с названием, похожим на смолоподобное липкое вещество, эту самую грязную в мире нефть. Они решили назвать её «нефтяными песками». Битуминозные пески требуют бóльших затрат воды, чем любой другой процесс нефтедобычи. Для этого берётся от трёх до пяти баррелей воды, затем её загрязняют и сливают в хвостохранилища, самые большие водохранилища токсических отходов на планете.

Компания SemCrude, только один из лицензиатов, только в одно из своих хвостохранилищ сливает 250 тысяч тонн этой токсичной дряни ежедневно. В результате образуется крупнейшее токсическое водохранилище за всю историю нашей планеты. Такого количества ядовитых веществ достаточно для того, чтобы покрыть поверхность озера Эри на 30 сантиметров в глубину. Площадь хвостохранилищ доходит до 3 600 гектаров. Это две трети всего острова Манхэттен. Примерно как с Уолл-Стрит на южной окраине Манхэттена и, возможно, до 120-й улицы. Так что это абсолютно точно одно из самых больших хвостохранилищ. С чем это можно сравнить? Я не знаю, например, с половиной Манхэттена. Вы видите, что в данном случае это сравнительно малая часть одного из 10 уже существующих нефтедобывающих комплексов. Строительство других 40 или 50 комплексов уже скоро утвердят и поставят на поток.

Конечно, большинство хвостохранилищ вы вряд ли разглядите из космоса, но вы можете видеть эти. Может, нам больше не следует называть их водохранилищами? Эти огромные болота токсических отходов строятся без облицовки и прямо на берегах реки Атабаски. Атабаска несёт эти отходы вниз по течению, туда, где живут общины коренных народов. В городе Форт-Чипевайан проживает 800 человек, они обнаруживают токсины в пищевой цепи, и это было научно доказано. Токсины битуминозных песков попадают в пищевую цепь, и это увеличивает риск развития рака в 10 раз по сравнению с остальными районами Канады.

Несмотря на это, люди должны жить, питаться этой едой для того, чтобы выжить. Невероятно высокая стоимость транспортировки продовольствия к этим отдалённым северным общинам и высокий уровень безработицы делает эту еду абсолютно необходимой для выживания. Несколько лет назад я взял напрокат лодку у индейца. Он сказал: «Если окажетесь рядом с рекой, ни при каких обстоятельствах не ешьте рыбу. Она канцерогенная». Всё же на крыльце его дома я увидел четыре рыбины. Ему нужно было чем-то кормить свою семью, чтобы выжить. Я тоже родитель, и я просто не могу представить, что при этом было у него на душе. И это то, что мы делаем.

Возможно, тайга – наше лучшее оружие в борьбе с глобальным потеплением и изменением климата. Таёжные леса поглощают больше углекислого газа, чем любая другая наземная экосистема. Это наш ключ к успеху. Но что же мы с ним делаем? Мы берём углеродный сток с максимальной концентрацией парниковых газов. В тайге накапливается в два раза больше парниковых газов на гектар, чем во влажных тропических лесах. Мы разрушаем этот углеродный сток, превращая его в углеродную бомбу. Мы заменяем её самым масштабным промышленным проектом за всю историю человечества – добычей нефти, при которой в атмосферу выбрасываются парниковые газы с самым высоким содержанием углерода в мире. Мы делаем это на втором по размеру нефтяном месторождении нашей планеты.

Это одна из причин, по которой Канада – изначально герой изменения климата – была одной из первых стран, подписавших Киотский протокол. Сейчас мы – страна, у которой есть штатные лоббисты в Европейском Союзе и в Вашингтоне, угрожающие торговыми войнами, если эти страны говорят о желании ввести позитивные законопроекты об ограничении импорта топлива с высоким содержанием углерода, об ограничении выбросов парниковых газов и так далее, на международных конференциях, не важно, где они проходят, в Копенгагене, в Канкуне или на международных конференциях по изменению климата. Мы являемся страной, ежедневно получающей статуэтки динозавра, поскольку мы являемся самым большим препятствием развития в данной области.

В 110 километрах вниз по течению находится крупнейшая в мире пресноводная дельта, дельта Пис-Атабаска, единственная на стыке всех четырёх миграционных маршрутов перелётных птиц. Это водно-болотные угодья с глобальным значением, возможно, самые большие на планете. Невероятно благодатная среда обитания для половины видов птиц, встречающихся в Северной Америке и прилетающих сюда. Это последнее прибежище самого крупного стада диких бизонов и важнейшее место обитания целого ряда других видов. Им также угрожает огромное количество воды, поступающей из Атабаски, которая питает эти заболоченные территории; а также невероятное количество токсических отходов самого большого незащищённого хвостохранилища на планете, которые вымываются и попадают в пищевые цепи всех животных, обитающих на этой территории.

Эта ужасная ситуация, которая сложилась на сегодняшний день, будет ухудшаться с каждым днём. Вот инфраструктура, которая существует сейчас. Вот то, что планируется построить к 2015 году. Здесь вы можете увидеть Трубопровод Кейстоун, через который необработанное сырьё потечёт до побережья Мексиканского Залива, пробивая трубопровод через самое сердце, сельскохозяйственный центр Северной Америки, через США, давая дорогу самому грязному топливу в мире, навязывая его потребление в США и подавляя стимул к созданию устойчивого будущего экологически чистой энергии.

Здесь изображён маршрут до Долины Маккензи. Здесь построят трубопровод для того, чтобы провести природный газ из Моря Бофорта через самое сердце третьего по величине водосбора в мире, и единственного, не тронутого на 95%. Строительство трубопровода с промышленной магистралью навсегда изменит эту невероятную нетронутую природу, которая на сегодняшний день – большая редкость для нашей планеты.

Царство Великого Медведя находится почти что за холмом. Мы проходим всего несколько километров по этой тайге с высушенными 100-летними деревьями, каждое около 25 сантиметров в поперечнике, и вскоре мы оказываемся в умеренном дождевом лесу, который находится на самом побережье. Залитые дождём 1000-летние деревья, каждое дерево – около 6 метров в поперечнике. Это абсолютно другая экосистема. Царство Великого Медведя считается самым большим прибрежным умеренным лесом, самой большой экосистемой такого типа во всём мире. Этот лес – один из самых густонаселённых некоторыми наиболее символическими и исчезающими видами животных на планете. Пока это лишь предложение: построить трубопровод, пустить огромные танкеры, в 10 раз превосходящие по размерам гигант Эксон-Вальдез, через одни из самых труднопроходимых вод в мире, где только несколько лет назад паром BC Ferries сел на мель. Если только один такой танкер, перевозящий самое грязное топливо в мире, в 10 раз больший, чем Эксон-Вальдез, в конце концов столкнётся со скалой и пойдёт ко дну, произойдёт одна из самых страшных экологических катастроф, которые когда-либо случались на планете.

У нас есть план до 2030 года. Они предлагают почти в четыре раза увеличить производство и провести индустриализацию территории размером с Флориду. Если это случится, мы уничтожим огромную часть нашего величайшего углеродного стока и заменим его нефтью, выбросы при добыче которой содержат самое большое количество парниковых газов. Миру больше не нужны нефтяные шахты. Миру больше не нужны трубопроводы для поддержания нашей зависимости от ископаемого топлива. И совершенно точно, мир не нуждается в увеличении размеров и числа огромных токсических хвостохранилищ, которые впоследствии будут угрожать жизни и здоровью коренного населения. Давайте смотреть правде в глаза, мы все плывём по течению в эпоху глобального потепления и изменения климата.

Мы все должны действовать, чтобы обеспечить бережное отношение Канады к огромному количеству пресной воды, которое есть в нашей стране. Мы должны убедиться в том, что эти болота и леса, наше лучшее и самое важное оружие в борьбе с глобальным потеплением, находятся под защитой, и мы не выпускаем эту углеродную бомбу в нашу атмосферу. Мы должны собраться вместе и сказать «нет» битуминозным пескам. И мы можем это сделать. Существует огромная сеть, охватывающая весь мир, которая борется против этого проекта.

Я просто думаю, что данный вопрос должен решаться не только в Канаде. Каждый из вас, каждый человек в Канаде, каждый, кто смотрит это выступление, играет важную роль. Я думаю, что это роль ответственного за будущее человека. То, что мы здесь делаем, так или иначе изменит нашу историю, увеличит наши шансы на выживание, выживание наших детей, и на богатое будущее.

Тайга – невероятный дар природы, невероятная возможность сохранить наше лучшее оружие против глобального потепления, но всё это может ускользнуть от нас. Битуминозные пески могут угрожать не только тайге. Они ставят под угрозу жизнь и здоровье наших самых обездоленных и уязвимых групп населения, общин коренных народов, которые многому могут нас научить. Это может разрушить дельту Атабаски, крупнейшую и, возможно, величайшую пресноводную дельту на планете. Это может уничтожить Царство Великого Медведя, самый большой умеренный дождевой лес в мире. В будущем это может иметь огромные последствия для ключевого аграрного региона Северной Америки.

Я надеюсь, что вы все, если вас тронуло моё выступление, присоединитесь к растущему международному сообществу, чтобы подтолкнуть Канаду к выполнению её обязательств, убедить её снова стать чемпионом по изменению климата, вместо того, чтобы злодейски менять климат. Нужно сказать «нет» битуминозным пескам и сказать «да» будущему экологически чистой энергии для всех. Большое спасибо.

(Аплодисменты)