Эрнест Маду о медицинской помощи мирового уровня

Интересно, что в США самая большая часть бюджета здравоохранения, как частного, так и государственного, выделена на лечение сердечно-сосудистых заболеваний. Нигде в мире нет подобного. В Африке — где эти заболевания являются основной причиной смертности — они полностью игнорируются.

Так быть не должно, мы обязаны что-то сделать. Состояние здоровья нации соответствует развитию этой нации. Ежегодно от сердечно-сосудистых заболеваний умирают 17 миллионов людей, случается 32 миллиона инфарктов и приступов стенокардии. Б́ольшая доля этого приходится на развивающиеся страны, в основном, на Африку. 85% сердечно-сосудистых заболеваний в мире приходится на развивающиеся страны — не на Запад — и при этом 90% денежных средств приходится на Запад.

Кто в опасности? Такие люди, как вы. Беспокоиться нужно не только об африканцах. Всем сочувствующим Африке, у которых будет причина находиться в Африке в какой-то момент времени, следует побеспокоиться об этой печальной ситуации. Кто-нибудь представлял, что случиться, если однажды ночью вы придёте к себе в комнату, и у вас начнутся боли в груди, одышка и испарина? Случится сердечный приступ. И что же вы сделаете? Полетите назад в США, Германию, Европу? Нет, вы умрёте. 50% умирают в течение 24 часов, если им не будет оказана медицинская помощь.

Вот что происходит. Посмотрим на карту США — этот график, 10 миллионов людей здесь, 10 миллионов — здесь. Когда вам будет под 50, в Нигерии уже почти никого не останется, потому что продолжительность жизни 47 лет. И это происходит не потому, что некоторые не выживают из-за детских болезней — они выживают — но они не выживают после того, как достигают 45 и 50 лет. А это время самой высокой производительности. Это время, когда они должны прилагать усилия к развитию Африки. Но их уже нет в живых. Лучший способ войти в цикл бедности — убить родителей. Если невозможно защитить родителей, то невозможно гарантировать безопасность африканского ребёнка.

Каковы факторы риска? Они хорошо известны. Я не буду про них долго рассказывать. Просто для информации: гипертония, диабет, ожирение, недостаточная физическая нагрузка. Самые частые причины. Здесь, в Танзании, у 30% людей гипертония, и только 20% получают медицинскую помощь. Причём только меньше 1% получают компетентную медицинскую помощь. Если мы смогли бы лечить только гипертонию в Африке, то мы могли бы спасти 250 000 жизней в год. А это значительно!

И легко лечить. Взгляните на ситуацию в Маврикии. За 8 лет — мы говорим о ВИЧ, малярии, всё наладилось. Мы больше не можем допустить тех ошибок, которые допустили с малярией и ВИЧ. За восемь коротких лет, неинфекционные заболевания станут основной причиной смертности в Африке.

Об этом нужно помнить. Мы не можем с этим бороться при таком положении дел. Вот типичная африканская больница. Нельзя рассчитывать на элиту — её представители едут лечиться в США, Германию, Великобританию. Немыслимо. Нельзя рассчитывать только на иностранную помощь. Ситуация такова, что страны начинают сосредотачиваться на себе. После 9/11 у США было множество проблем, которые нужно решить, своих внутренних неурядиц. И они тратили свои деньги в попытке решить эти проблемы. И нельзя [рассчитывать на них] — это не их обязанность, это моя обязанность. Я сам должен отвечать за мои проблемы. Здорово, если они помогут! Но я этого не жду. Ухудшение индексов здравоохранения и исследования здоровья Африки требуют нового взгляда на вещи. Мы не можем дальше решать проблемы теми путями, какими всегда решали. Если они не срабатывали, нужно искать новых решений.

И я здесь для того, чтобы рассказать вам об этих решениях. Это было тяжёлым сигналом для некоторых из нас. Несколько лет назад мы начали думать об этом. Каждый знает проблему. Но никто не знает решения. Мы решили, что нужно выполнять свои обещания. Любой готов отдать деньги, в смысле легко оказать денежную помощь развивающимся странам. Но если говорить об устойчивом развитии, то никто не заинтересован. На это невозможно собрать деньги. Я работал в сфере здравоохранения в США — я жил в Нэшвилле, Теннесси, столице здравоохранения Америки. Очень легко привлекать денежные средства для компаний сферы здравоохранения. Но стоит заговорить о том, что мы собираем для [подобной компании] в Нигерии — как все разбегаются. Это в корне неправильно. Те из вас, кто желает помочь Африке, инвестируйте деньги в устойчивое развитие.

Сейчас я покажу вам один день из жизни Института Сердца, чтобы у вас сложилось представление о том, что мы делаем, и я немного расскажу об этом. То, что мы сделали, показывает, что высококвалифицированное медицинское обслуживание, сравнимое с лучшим в мире, может быть предоставлено и в условиях развивающейся страны. Сейчас у нас 25 сотрудников — все они обучены и сертифицированы в США, Канаде и Великобритании. У нас есть все методики [лечения], которые могут быть применены в Вандербилт, клинике Кливленда — где угодно в США — и при этом делаем их всего за 10% их себестоимости в США. (Аплодисменты)

Дополнительно, у нас есть политика, согласно которой никому не отказывают только из-за невозможности оплатить услуги. Мы заботимся о каждом. (Аплодисменты) Есть ли у вас всего доллар, два доллара — это неважно. Я расскажу вам, как нам это удаётся.

Мы правильно подбираем оборудование. Мы выбираем модульные устройства. Устройства, которые обладают мультимодальными функциями, имеют модульные компоненты и которые легко ремонтировать. И поэтому мы не берём недолговечные устройства, которые не могут долго служить. Мы уделяем особое внимание обучению и следим за тем, чтобы это был возобновляющийся процесс. Все мы скоро умрём и исчезнем, а проблемы останутся до тех пор, пока другие люди не будут продолжать дела с того места, где мы закончили.

Мы следим за тем, что сами производим некоторые вещи. Мы не покупаем разовые дозы радиофармацевтических препаратов — мы покупаем напрямую у производителей генераторы и сами делаем эти препараты. Это снижает издержки. Если в США разовая доза радиофармацевтического препарата стоит 250 долларов, то при самостоятельном производстве мы снижаем цену до двух долларов. (Аплодисменты)

Мы признаем, что единственный способ сократить разрыв между богатыми и бедными странами — это образование и технология. Все эти проблемы, о которых мы говорим, исчезнут, если мы сделаем упор на развитии. Технология является превосходным уравнителем. Как заставить её работать? Доказано: самообслуживание экономически эффективно. Это предоставляет возможность сельским центрам, и мы можем разумно использовать опыт.

Так устроены наши центры. В настоящее время у нас есть три [центра], расположенные на Карибских островах, и мы планируем построить четвёртый. На этот раз мы решили пойти в Африку. Мы будем строить Североафриканский Институт Сердца в Порт-Харкорт, Нигерия. Этот проект начнётся через несколько месяцев. Мы надеемся открыть его в 2008-2009 году. Мы построим и другие центры. Эта модель может быть адаптирована к любому процессу заболевания. Все элементы, все центры связаны посредством коммутатора с центральным сервером, и все изображения отправляются на аналитические станции. Мы спроектировали телемедицинскую помощь. Это наша собственная разработка, и мы счастливы поделиться тем, чему мы научились, с любым, кому интересно этим заниматься. И при этом можно получать прибыль.

Мы следим за тем, что телемедицинская платформа предоставляет доступ медицинским экспертам в любой точке мира простым нажатием кнопки. Я покажу вам, как это происходит. Это Институт Сердца. Любые врачи могут войти в его систему. Я могу позвонить вам в Швейцарию и сказать: «Зайди в нашу систему, посмотри на миссис Джонс, на её анализы. Что ты думаешь?» И они дают мне информацию, в результате чего мы можем лучше заботиться о пациенте. И пациенту не надо никуда ехать. И ему не придётся тревожиться из-за недостаточно профессионального диагноза.

Мы также применяем электронную систему медицинской регистрации. Я горжусь тем, что воплощённые нами [новшества] отсутствуют у 80% лечебных практик в США, хотя технология для этого есть. Но и они могут воспользоваться этой роскошью. Потому что если вы не можете получить должного в Нэшвилле, то поедете в Бирмингем, всего два часа езды, и вы получите нужное [лечение]. Если вы не можете получить его в Кливленде, то можете поехать в Цинциннати. Здесь же мы не можем такого позволить, поэтому сами всё делаем. Когда мы это делаем, мы снижаем стоимость лечения. Мы распространяем это и на сельские центры, делая доступным. Каждый получит лечение, которое он заслуживает.

Но одной технологией здесь не обойтись, мы понимаем это. Профилактика должна быть частью решения — и мы делаем на ней акцент. Но при этом нужно объяснить людям, что можно сделать. Невозможно сказать им, что это будет дорого, они уйдут домой и не смогут этого сделать. Им надо жить, им надо есть. В качестве самого эффективного и простого решения мы рекомендуем физические упражнения. Каждый год мы проводим прогулки — каждый март и апрель. Мы объединяем людей в группы и даём им сложные задания. Та группа, которая потеряет больше всего веса, получает призы. Те группы, которые проходят больше всего согласно показаниям шагомера, тоже получают призы. Мы проводим такое постоянно. Мы поощряем участие детей. Так с самого детства мы приучаем детей к этим действиям. Потому что однажды выучив их,

они привыкнут их делать. С нашей деятельностью мы создали только в одной Ямайке по меньшей мере 100 квалифицированных рабочих мест, и все они — врачи с опытом и специальным обучением. Мы вылечили более 1 000 малоимущих больных, которые могли бы умереть, включая установку четырёх бесплатных кардиостимуляторов пациентам с полной блокадой сердца. Те, кто разбираются в кардиологии, поймут, что полная блокада сердца значит смерть. Если человеку не установить кардиостимулятор, он умрёт. И мы довольны [своими достижениями].

Косвенно, мы сберегли правительству Ямайки пять миллионов долларов от тех людей, которые бы полетели в Майями или Атланту лечиться. И мы, к счастью, спасли много жизней. К концу этого года наш вклад в лечение малоимущих составит более одного миллиона долларов. В первые четыре месяца он был 340 000 долларов, в среднем 85 000 долларов в месяц. Правительство бы не сделало этого, потому что ему приходится выбирать, куда вкладывать. Ему нужно инвестировать в другие нужды. Но мы всё ещё способны это делать. Нам говорят: «Как же вы можете это делать?» И вот как мы это делаем. По меньшей мере 4 000 богатых ямайцев, которые летали лечиться на Майями, поклялись, что не полетят на Майями, потому что на Карибских островах есть Институт Сердца. А если же они полетят на Майями, то потратят гораздо больше — в восемь-десять раз больше. И они рады потратить деньги дома, при этом получая лечение на том же уровне. И на эти деньги — от каждого, кто оплачивает лечение — мы можем лечить по меньшей мере четырёх людей, которые не способны оплачивать лечение. (Аплодисменты)

Но для успешности этого процесса развитие должно быть устойчивым. Поэтому мы делаем акцент на обучении. Обучение критически важно. Мы зашли ещё дальше: мы наладили отношения с Университетом Технологии на Ямайке, где я сейчас тоже работаю. Мы начали медико-биологическую инженерную программу, чтобы обучать на местах людей, которые могут ремонтировать оборудование. Так нам не придётся сталкиваться с износом и подобным проблемами. Мы также начали дополнительные программы обучения работы с медицинскими технологиями — обучения людей эхокардиографии, и тому подобному. При таком виде обучения у людей есть мотивация. Потому что теперь они могут, к примеру, получить степень бакалавра в области медицинской визуализации. Хочу, чтобы вы послушали самих обучающихся, что это значит для них.

(Видео) Доктор Джейсон Топпинг: «Меня зовут Джейсон Топпинг. Я являюсь старшим ординатором в анестезии в интенсивной терапии при Университетской Больнице Вест-Индии. Я пришёл в Институт Сердца в 2006 году, в качестве курса по выбору моей программы анестезии и интенсивной терапии. Я провёл три месяца в Институте Сердца. И среди моих коллег не было сомнения по поводу полезности обучения, которое я здесь получил. Думаю, что сейчас растёт интерес к эхокардиографии, в частности, и её применении в наших условиях».

Шерон Лазарус: «Я являюсь специалистом по эхокардиографии в Институте Сердца Карибских островов в течение последних двух лет. Я прошла обучение в Институте. Думаю, что этот аспект обучения в кардиологии, который предоставляет на Ямайке Институт Сердца Карибских островов, очень важен для диагностики сердечно-сосудистых заболеваний».

Эрнест Маду: Урок, который можно извлечь из этого — это всё возможно воплотить и сделать устойчивым, и можно сделать доступным для любого. Кто мы такие, чтобы решать, что бедные люди не могут получить самую лучшую медицинскую помощь? Кто позволил вам быть господом Богом? Это не моё решение. Моя работа — следить за тем, чтобы у каждого человека, независимо от того, что дала ему судьба, была возможность получить лучшее медицинское обслуживание в жизни. Следующий пример — Североафриканский Институт Сердца, который мы собираемся построить в Порт-Харкорте, Нигерия, как я сказал ранее. Мы построим и другие центры в Западной Африке. Эти же системы мы перенесём и в другие области, например, диализное лечение. Любому, кто заинтересован в этом в любой сфере медицинских услуг, мы будем рады помочь и рассказать, как мы этого достигли

и как он сможет этого достигнуть. Если мы будем это делать, то сможем изменить здравоохранение Африки. Африка была добра к нам, самое время отдать ей должное. Я ухожу. Те, кто хотят идти, могут пойти со мной. Спасибо. (Аплодисменты)