Дэвид Блейн: Как я задержал дыхание на 17 минут

Будучи магом-чародеем, я пытаюсь создавать такие сцены, которые заставят человека остановиться и подумать. Я также пытаюсь ставить себе высокие задачи и делать то, что врачи считают невозможным. Я был заживо похоронен в гробу, в Нью-Йорке, похоронен в гробу в апреле 1999-года на неделю. Я прожил, не потребляя ничего, кроме воды. Мне это было настолько интересно, что я решил продолжить и сделать ещё кое-что из этой же серии. В качестве следующего шага, я был заморожен в цельном куске льда на период в три дня и три ночи, в Нью-Йорке. Это оказалось намного труднее, чем я думал. Вслед за этим, я простоял на вершине 30-метрового столба в течение 36 часов. У меня начались настолько сильные галлюцинации, что здания позади меня начали казаться мне головами животных.

Затем я поехал в Лондон. В Лондоне я провел 44 дня в стеклянном кубе, не имея ничего, кроме воды. Для меня это дело было одно из самых трудных, которые я когда-либо делал, но оно также было и самым прекрасным. В Лондоне оказалось немало скептиков, особенно среди прессы. Они всячески пытались соблазнить меня, вплоть до того, что запускали с помощью управляемых вертолетиков ко мне поближе горячие будерброды. (Смех) Я всё же считаю старания не напрасными, поскольку журнал New England Journal of Medicine использовал мой опыт для научных исследований.

Моей следующей целью было установить, насколько долго я могу обойтись без дыхания. А именно, как долго я смогу прожить вообще без ничего, даже без воздуха. Я не знал, что это окажется самым потрясающим приключением моей жизни.

Как и все молодые маги-чародеи, я был увлечен Гудини, и его подводные чудеса не давали мне покоя. И вот, с раннего возраста я начал состязаться с другими детьми, испытывая, как долго я смогу остаться под водой. Пока мои сверстники поднимались по 5 раз для вдоха, я оставался внизу на одном дыхании. В юношеские годы я мог продержаться без дыхания 3 минуты 30 секунд. Позже я узнал, что это был личный рекорд Гудини.

В 1987-м году я услышал историю о мальчике, который провалился под лед и застрял в реке. Он был под водой, без дыхания, в течение 45 минут. Когда спасатели подъехали, они привели его в сознание – оказалось, что, мозг не поврежден. Температура его тела упала до 25 градусов Цельсия. Будучи магом-чародеем, я считаю, что всё возможно. То, что может сделать один человек, я полагаю, могут сделать и другие. Я подумал, что если мальчик прожил без дыхания так долго, то я должен найти способ, как это повторить.

Я встретился с нейрохирургом высшего класса. И спросил его, как долго возможно обойтись без дыхания, конкретно, как долго я могу жить без воздуха? Он сказал, что любой период свыше 6 минут влечет серьёзный риск поражения мозга гипоксией. Ну что ж, я принял цифру в качестве первого ориентира. (Смех) Моей первой же мыслью было сделать нечто аналогичное, и я создал резервуар, наполнил его льдом и студеной водой. Я залез и остался внутри этого резервуара, надеясь, что температура моего тела начнет падать. Я начал дрожать. При моей первой попытке удержать дыхание я не продержался и минуты. Я понял, что это никогда не получится,

и пошел к своему другу, врачу, и спросил его, как мне этого добиться? «Я хочу продержаться действительно долго без дыхания. Как это сделать?» А он сказал: «Дэвид, ведь ты маг! Создай иллюзию отсутствия дыхания – это будет намного проще!» (Смех) И он дал мне идею механизма повторной респирации с использованием газоочистителя углекислого газа. Эту трубку можно купить в любом крупном магазине хозтоваров и к ней можно приклеить баллончик, который затем, по его мнению, можно занести внутрь меня, после чего воздух можно будет каким-то образом циркулировать и очищать с помощью этой штуки внутри меня. Смотреть это трудновато. Здесь вы видите нашу попытку. Стало ясно, что совсем не проходит. (Смех)

Затем я стал обдумывать вариант дыхания жидкостью. Есть химический препарат, называется перфлюброн. Он имеет настолько большой уровень кислорода, что теоретически может быть годен для дыхания. Я достал этот препарат, наполнил раковину, залез туда лицом и попытался вдохнуть его, но это оказалось просто невозможно. Это то же самое, как если пытаться делать вдох, имея при этом, как выразился один врач, слона на груди. С этой идеей пришлось расстаться.

Я тогда начать думать, а можно ли сделать операцию и присоединить механизм шунтирования сердца, всадив трубку мне в артерию, в результате чего я буду как бы не дышать, пока кровь мне будут наполнять кислородом. Что, очевидно, было еще одной сумасшедшей идеей.

Тогда мне пришла в голову самая дикая из всех идей: взять и действительно сделать как сказано. (Смех) Взять и удержать дыхание за пределами того момента, после которого доктора считают, что наступает смерть мозга. Я начал серьёзно интересоваться ныряльщиками за жемчугом. Они ведь могут за одно погружение задерживать дыхание на 4 минуты. А заинтересовавшись ныряльщиками за жемчугом, я открыл для себя мир фридайвинга. Это оказалась, пожалуй, самая потрясающая вещь, о которой я когда-либо узнал. У фридайвинга есть много разных вариантов. Один из них, например, рекорд по глубине погружения. А еще есть статическая апнеа [задержка дыхания]. Это когда вы останавливаете дыхание как можно дольше, при этом оставаясь без движения на месте. Это как раз то, что меня интересовало.

Во-первых, я узнал, что если держишь дыхание, ни в коем случае не двигайся – это потеря энергии. А также растрата кислорода, и прирост углекислого газа в крови. Я научился вообще не двигаться. И я научился замедлять сердцебиение. Надо оставаться в совершенном покое и просто расслабиться, думать «я не нахожусь в собственном теле» и управлять этим процессом. Затем я научился, как нужно очищаться. Очищение, по существу, это – гипервентиляция Вдох, выдох… При этом появляется головокружение и покалывание. В этот момент тело действительно освобождается от углекислого газа. А потому, задерживать дыхание становится намного легче. Я вскоре узнал, что нужно, набрав воздух, просто держать его и расслабиться, но ни в коем случае не выпускать его. Просто держать его и расслабиться, несмотря на всю боль.

Просыпаясь каждое утро, в течение нескольких месяцев, я первым делом занимался задержкой дыхания …из [общих] 52 минут я задерживал дыхание в течение 44. Иными словами, я прочищался, усиленно дышал в течение одной минуты, и сразу вслед за тем задерживал дыхание на 5 с половиной минут. Затем я опять дышал в течение минуты, очищаясь как можно глубже, а сразу вслед за тем опять задерживал дыхание на 5 с половиной минут. Я повторял процедуру восемь раз подряд. Из [общих] 52 минут, я дышал только 8 минут. В конце процесса чувствуешь, что мозг совершенно закипел. Ходишь потом, как будто обухом по голове ударили. И всё время ужасная головная боль. Честно говоря, пока я этим занят, со мной лучше не заговаривать.

Я стал собирать информацию о мировом рекордсмене. Его зовут Том Ситас. Этот парень идеально сложен для задержки дыхания. Рост – 194 см, вес – 72 кг А его объем легких в два раза больше, чем у среднего человека. У меня рост – 187 см, и я пополнее, как говорят, у меня крупная кость. (Смех) Мне пришлось сбросить 23 кг за три месяца. Всё, что я принимал внутрь, я рассматривал в качестве лекарства. Каждый кусочек пищи представлял для меня в точности то, что составляло его питательную ценность. Я ел очень малыми порциями, контролируя себя в течение всего дня. И вот я начал адаптировать свое телосложение. (Смех) [надпись: Повторить не всегда возможно]

Чем больше я худел, тем дольше я мог удерживать дыхание. В результате такого хорошего питания и столь упорной тренировки, мой пульс в состоянии покоя падал до 38 ударов в минуту. Это ниже, чем у многих олимпийских спортсменов. Через 4 месяца тренировок я мог удерживать дыхание в течение более, чем 7 минут. Хотелось удерживать дыхание всюду. Я хотел задерживать дыхание в самых экстремальных ситуациях, чтобы узнать, смогу ли я снизить пульс под давлением внешних обстоятельств. (Смех)

Я решил, что я побью мировой рекорд в прямом эфире в пиковое телевизионное время. Мировой рекорд в 8 минут 58 секунд тогда удерживал Том Ситас, тот самый парень с легкими кита, как я говорил. (Смех) Я подумал, что если поместить резервуар с водой в Линкольн Центре [Нью-Йорк], и если я останусь там в течение недели без еды, я буду чувствовать себя достаточно хорошо, смогу замедлить свой метаболизм, а это, я был уверен, поможет мне удерживать дыхание дольше того, что я уже добивался. Я был абсолютно неправ.

Я зашел в сферу за неделю до назначенного времени шоу. И я думал, что всё идёт по плану. За два дня до моей великой попытки удержать дыхание на рекорд, продюсеры этой телепрограммы решили, что просто смотреть, как кто-то задержал дыхание и вот-вот утонет, для телезрителя слишком скучно. (Смех) И мне пришлось надеть наручники, от которых я должен был, всё ещё задерживая дыхание, освободиться. Это была роковая ошибка. Из-за движений я терял кислород. И к седьмой минуте у меня начались ужасные конвульсии. Когда прошло 7:08 я начал терять сознание. А когда прошло 7 минут 30 секунд, мое тело пришлось вытащить, чтобы привести меня в чувства. Я провалился по всем статьям. (Смех)

А потому, у меня оставался один естественный выход из этого кризиса – я обратился к Опре [Уинфри, ведущая ток шоу] (Смех) Я сказал ей, что хочу поднять ставки и задержать дыхание дольше, чем кому-либо это когда-либо удавалось. Это уже был другой рекорд. Это был рекорд статической апнеи с чистым кислородом, который у Гиннесса в книге рекордов значился как 13 минут. Суть в том, что сначала вдыхается чистый кислород, тело им наполняется и выдавливает углекислый газ, и удержать дыхание можно намного дольше. Я понял, что мой настоящий конкурент – это бобр. (Смех) [на схеме – длительность задержки дыхания у млекопитающих]

В январе 2008-го года Опра дала мне 4 месяца на подготовку и тренировку. Тогда я начал каждую ночь спать в гипоксической палатке. Это такая палатка, которая симулирует высоту в 5000 метров. Это примерно высота базового лагеря на подъеме к Эвересту. Эффект в том, что в теле накопляются красные кровяные тельца и это помогает удерживать больше кислорода. Опять-таки, каждое утро после выхода из этой палатки мозг совершенно истощен. При первой попытке на чистом кислороде мне удалось достичь 15 минут. Это был довольно большой успех.

Нейрохирург вытянул меня из воды, потому что после истечения 15 минут, по его мнению, мозг у человека просто отмирает. А потому он меня вытянул, но со мной всё было в порядке. Но на одного из присутствовавших это явно не произвело впечатления. На мою бывшую подружку. Пока я в первый раз ставил под водой рекорд, она прочёсывала мой Blackberry, проверяя всю мою личную почту. (Смех) Мой брат снял это. Как подумаешь, что … (Смех)

И тогда я заявил о намерении побить на публике рекорд Ситаса. В ответ, он выступил на программе Regis and Kelly [ток-шоу] и побил собственный рекорд. Затем выступил его главный конкурент и побил этот новый рекорд. Таким образом, рекорд поднялся до 16 минут 32 секунд. Это было на три минуты дольше того, к чему я готовился. Понимаете, это было дольше, чем тогдашний рекорд.

Так вот. Я хотел, чтобы это было документировано в Science Times. Я хотел, чтобы они об этом написали статью. А потому сделал то, что сделал бы любой человек с серьёзным желанием продвигать науку. Я зашёл в офис New York Times и стал показывать карточные фокусы всем кому не лень. (Смех) [надпись: А на этот раз дыхание перехватит у него!] Не знаю, что сыграло роль – магия или же соблазны Каймановых островов но туда полетел Джон Тирни и написал статью о важности задержки дыхания.

Пока он был там, я, конечно же, пытался произвести на него впечатление. И я нырнул на глубину 50 метров, это примерно высота 16-этажного здания. Но пока я всплывал, я потерял сознание под водой, а это очень опасно – именно так человек тонет. По счастью, Кирк меня увидел, подплыл и вытянул. После этого я полностью сосредоточился на том, чтобы довести время задержки дыхания до необходимого мне уровня. Но не было никакой возможности подготовиться к условиям прямого эфира – ведь это шоу Опры.

На тренировках я ложился на воду лицом вниз, плавая на поверхности, но на шоу требовалось стоять прямо для того чтобы лицо моё было видно. Другая проблема состояла в том, что костюм оказался настолько легче воды, что пришлось прикрепить мои ноги, чтобы меня не поднимало вверх. Я был вынужден держать ступни на ремешках, которые были незатянуты, а это сильно мне мешало. И чрезвычайно напрягало, повышая пульс.

Кроме того, в этот раз было решено использовать монитор пульса, чего мы ранее никогда не делали. И находился он прямо рядом со сферой. А потому каждый удар сердца отдавался чётким звуком тук-тук-тук-тук, и, знаете, очень уж громко. Это создавало ещё больше нервозности, и я никак не мог понизить пульс. Так вот, как правило, я начинал с 38 ударов в минуту, и по мере задержки дыхания пульс падал до 12 ударов в минуту, что само по себе необычно. (Смех) Но на этот раз я начал со 120 ударов и пульс никак не понижался.

Первые пять минут под водой я отчаянно пытался снизить пульс. Стоя там, я размышлял: «Надо понизить пульс. Я всё провалю. Я всё провалю.» Я нервничал ещё больше, и пульс продолжал лезть всё выше и выше, вплоть до 150 ударов в минуту. В общем-то, в Линкольн Центре я отключился по этой же причине. Растрата кислорода. Когда я достиг половины срока, то есть отметки в 8 минут, я был на 100% уверен, что я опять ничего не добьюсь. У меня не было вариантов.

И я подумал, что раз уж Опра выделила целый час на тему задержки дыхания, то, в случае моего раннего провала, весь остаток шоу будет о том, насколько я расстроен. (Смех) Поэтому я решил, что при таком раскладе мне лучше продолжать, пока не потеряю сознание – по крайней мере меня вытащат, начнут приводить в себя и всё такое прочее. (Смех)

Я дотянул до 10 минут. На рубеже 10-ти минут начинается достаточно серьёзное покалывание в пальцах рук и ног. Я знал, что это кровь перенаправляется – происходит отток крови от конечностей ради подачи кислорода в жизненно важные органы. На рубеже в 11 минут я начал чувствовать пульсацию в ногах, а в губах появилось странное ощущение.

По прошествии 12 мину, в ушах появился звон и я почувствовал, как рука немеет. А я человек мнительный, и помню, что рука немеет перед сердечным приступом. И тут меня по-настоящему охватил страх. Когда прошла 13-я минута, у меня появилось, возможно ложное, чувство боли по всей груди. Это было ужасно. После 14 минут у меня появились ужасные схватки, свидетельствующие о потребности вдоха. (Смех)

При отметке 15 минут я начал испытывать острый недостаток кислорода в сердце. У меня появилась ишемия сердца. Пульс скакал: 120, 50 – 150 – 40 – 20 – опять 150. То один удар пульса пропущен, то опять пошел, то остановился. И я всё это чувствовал. Я был уверен, что сейчас у меня будет сердечный приступ. А потому, как только прошла 16-я минута, я вынул ноги из ремней потому что я знал, что если я отключусь, если у меня будет приступ сердца, спасателям придется прыгать вниз и освобождать мои ноги перед тем, как меня вынимать. И я очень нервничал.

А потому я высвободил ноги и начал подниматься вверх. Но я не вынимал головы – я просто плавал по поверхности и ждал, пока сердце не остановится, просто ждал Там были врачи, они подали знак, «тихо, не трогать», сидели и ждали. И вдруг я услышал визг. Я подумал: «Что за жуткая вещь! Может я уже умер? Или что-то еще случилось?» Но тут я понял, что рекорд в 16:32 побит! И благодаря энергии, исходившей от всех присутствовавших, я решил ещё протянуть. И я достиг 17 минут и 4 секунд. (Аплодисменты)

Вдобавок ко всему, сразу вслед за этим я пошел в лабораторию Quest Labs, где с меня сняли все возможные пробы и анализы крови, и протестировали всё, что можно по составу крови, так что врачи могут это повторно использовать. Я также хотел, чтобы никто не смел усомниться. Я побил мировой рекорд и я хотел убедиться, что всё правильно зарегистрировано.

И вот на следующий день я появляюсь в Нью-Йорке, и ко мне тут подходит мальчик – я в этот момент выходил из магазина Apple – подходит мальчик и говорит «Это ты?» А я говорю «Да» А он: «Если ты в самом деле так долго держал дыхание, почему ты был сухим, когда вышел из воды? Я ему: «Не понял…» (Смех) Вот вам моя жизнь… (Смех)

Будучи магом-чародеем, я пытаюсь показать людям невозможное. И я думаю, что магия – держу ли я дыхание, или перебираю колоду карт – вещь простая. Это – тренировка, опыт и … Это – тренировка, опыт и эксперимент приводящие, наперекор боли, к лучшему, на что я способен. Вот что для меня значит магия. Благодарю вас. (Аплодисменты)