Камерон Синклер об архитектуре свободного доступа

Я хочу пригласить вас в быстрое путешествие. Для обоснования своего желания, мне надо пригласить вас туда где многие не были, а именно, вокруг света. Когда мне было 24 года, мы с Кейт Стор основали организацию для вовлечения архитекторов и дизайнеров в гуманитарную работу. Не только ради устранения последствий стихийных бедствий, но и чтобы решать системные вопросы. Мы были убеждены, что там, где не хватает ресурсов и опыта, инновационный, экологически устойчивый дизайн сыграет большую роль в жизни людей.

Это дало мне толчок …, так началась моя жизнь в архитектуре, точнее, в обучении архитектуре. Меня всегда интересовал дизайн, наполненный социальным содержанием и потенциальным влиянием на окружение. Но среди обучавшихся архитектуре я вскоре стал восприниматься как белая ворона. По мнению многих архитекторов, когда занимаешься дизайном, например, ювелирного изделия, оно и есть объект твоих желаний и стремлений. Но я считал, что каждый, кто занимается дизайном, либо облагораживает, либо наносит ущерб тому сообществу, в котором он создается. Ведь здание строится не просто для его жильцов или для использующих его людей, а для всего сообщества в целом.

Свою работу мы начали в 1999 году с того, что откликнулись на кризис нехватки жилья для возвращающихся на родину в Косово беженцев. Я не знал, какое дело я затеваю – мне было 25 лет, но, будучи поколением тех, кто рос вместе с Интернетом – я предложил создать веб-сайт. Там мы поместили призыв и, к моему удивлению, через пару месяцев у нас были сотни откликов со всего мира. В результате, было создано несколько прототипов и кое-какие идеи стали развиваться экспериментально. А два года спустя мы начали работу над проектом по разработке передвижных клиник в Тропической Африке в рамках борьбы с всеобщей эпидемией СПИДа. Мы получили 550 откликов из 53 стран. В этом деле участвовали дизайнеры со всего мира, а проделанная работа была представлена на выставке. 2004 год был для нас переломным. Нас начали привлекать к устранению стихийных бедствий, таких, как землетрясение в Иране, в городе Бам. Наша работа в Африке также получила развитие.

Для живущего в США человека упоминание о борьбе бедностью вызывает образ чужестранца, но достаточно съездить – я живу в Bozeman, штат Монтана, – на северные просторы резерваций, или на юг в Алабаму или Миссисипи – речь о положении до урагана Катрина – и вы встретите места с намного худшими условиями, чем во многих развивающихся странах, в которых я побывал. Так мы вовлеклись в работу в бедных кварталах и прочих местах.

Впереди меня ждала работа с еще большими проектами. В 2005 году Природа-мать жестоко нас наказала. Думаю, все согласятся, что 2005 год был ужасающим, если говорить о стихийных бедствиях. Благодаря интернету, постоянной связи через блоги и прочему, буквально через пару часов после цунами мы уже собирали средства, работали, помогали людям на месте происшествия. В первые несколько дней вся работа у нас шла на двух ноутбуках. Я получил 4000 сообщений от тех, кто нуждался в помощи. Так начался наш тамошний проект. Сейчас расскажу о других. Конечно же, в том году наша работа была связана с ураганом Катрина, а также с продолжением восстановительных работ.

Вот краткий обзор. В 2004 году я был не в состоянии обработать поток предложений о готовности помочь, равно как и поступающих запросов. Всё приходило на мой ноутбук и мобильник. Тогда мы решили выбрать открытую… по существу, модель открытого доступа в общее дело, при которой любой человек в любой части света мог открыть местный филиал и заняться местными проблемами. Я убежден, что Утопии не бывает. Все проблемы – локальны. Все решения – локальны. А это значит, что житель Миссисипи, знает о Миссисипи больше чем я. Получилось так, что с помощью Meetup и других средств Интернет было образовано в конечном итоге 40 новых филиалов, с участием тысяч архитекторов в 104 странах. Таким образом, главное – … пардон, я никогда не ношу костюм, я так и знал, что сниму. Но я быстро.

За семь лет главное - не то, что это очередная бесприбыльная организация. События показали, что на местах рождаются движения дизайнеров, чувствующих социальную ответственность, уверенных, что в мире стало теснее и есть возможность – не необходимость, а именно возможность - участвовать в изменении мира.

(Смех)

Я добавлю это к своему лимиту времени. Мало кто знает, что тысячи дизайнеров по всему миру, связанных просто через веб-сайт, обслуживаются штатом из трех человек. Когда мы начинали, никто нам не сказал, что это сделать невозможно. Вот мы и сделали это. Мораль – быть наивным не так плохо. За семь лет развития мы создали себе систему пропаганды, стимулирования и внедрения. Мы пропагандируем хороший дизайн. Не только через студенческие семинары, лекции, открытые форумы или статьи в журналах. Мы написали книгу о гуманитарной помощи, о борьбе с последствиями стихийных бедствий и о социальной политике. Можно рассказать о FEMA (Федеральном Агентстве по Чрезвычайным Ситуациям), но это другой разговор. Стимулирование: мы внедряем идеи среди местных общин и НПО, организуем конкурсы дизайнов открытого доступа . Рекомендации специалистов, знакомство их с местными общинами. Наконец, внедрение, т.е. просто идешь и создаешь своей работой, ведь твоя идея не станет реальностью, пока она не воплощена. Уж если мы разрабатываем и планируем изменения, то весьма важно, чтобы мы же и сделали эти изменения.

Вот подборка проектов. Косово. Это было в 1999 году. Мы сделали конкурс открытого вклада среди дизайнеров, как я говорил. Это привело к множеству идей и проектов. Но не временных убежищ, а жилых строений переходного периода, способных прослужить 5 - 10 лет. Их можно установить возле участка бывшего проживания, чтобы местный житель мог восстанавливать свой дом. Местной общине мы архитектуру не навязывали, мы предоставляли им инструменты и область, чтобы они смогли перестроиться и развиваться так, как сами хотят. Проекты были от великого до смешного, но всё сработало. Вот надувной дом из конопли. Построен и функционирует. Это – грузовой контейнер. Построен и функционирует. И много других идей, связанных не только с архитектурным строительством, но и с вопросами управления сообществ посредством комплексных связей.

Мы привлекли не только дизайнеров, но и специалистов в других технических областях. Идея использования старой кладки разрушенных домов для создания новых домов. Идея конструкций из мешков соломы и создания утепленных стен. Затем, в 1999 году, произошло замечательное событие.

С обозначенными вопросами жилищного строительства мы приезжаем в Африку. И тут, через три дня по прибытии, мы понимаем, что проблема не в жилье, а в распространении эпидемии СПИДа. Нам об этом рассказали не доктора, а жители той деревни, где мы жили. И нас озарила идея: вместо того, чтобы заставлять больных идти по 10 - 15 километров пешком, чтобы увидеть врача, надо привести врача к больным. Мы стали искать выход на медицинские круги. Мы считали, что мы такие умные, что просто блеск! Ведь какая у нас великая идея: мобильные клиники! Остается распространить их по всей Тропической Африке. Но местные доктора нам ответили: "Так мы уже лет 10, как об этом твердим! Это не новость. Просто мы не знаем, как это реализовать". Что ж, значит, существующая потребность осознана, а наша роль - предоставить решение. Еще раз: разнообразие поступавших идей было огромным.

Вот эта мне лично нравится. Идея в том, что архитектура доставляет не просто решение проблем, но и растущее осознание их. Вот клиника, сделана из кенафа (растение типа конопли). Семена сажаются на участок земли, а затем … за месяц кенаф вырастает на 4 - 5 метров. На четвертой неделе, с приходом докторов, участок косится и поверх ставится эластичное строение. Как только доктора заканчивают лечение и осмотр больных в деревне, клинику срезают и съедают. Это клиника типа Сделай-Сам-Съешь-Сам.

(Смех)

Расчет на то, чтобы подчеркнуть, что больной СПИДом должен соблюдать диету. Идея в том, что диета настолько же важна, как и прием анти-ретровирусных препаратов. А это уже серьёзное решение. Мне оно нравится. Идея в том, что это не просто клиника, а общественный центр. Это как налаживание торговых путей и экономических механизмов внутри сообщества, чтобы проект стал устойчивым.

Каждый из этих проектов устойчивый. И не оттого, что я зациклился на экологии, из-за того, что при доходе в $4 в день человек живет на грани выживания, и он просто обязан следить за экологической устойчивостью. Вам надо знать свой источник энергии. Вам надо знать свой источник ресурсов. И эксплуатационные расходы должны быть низкими. Это – что касается экономических двигателей. А ночью эта штука превращается в кинотеатр. И тогда это уже не клиника СПИДа, а общественный центр. Вот вы видите идеи, воплощенные в прототипы и, наконец, внедренные в жизнь. На данный момент строительство таких клиник развернуто в Нигерии и в Кении.

Отталкиваясь от этого проекта, мы создали Siyathemba. С этим проектом к нам обратилась местная община, сказав, что у них проблема с недостатком образования у местных девушек. А мы работали в местах, где среди женщин возраста 16 – 24 лет уровень заражения СПИДом достигал 50%. И это не от их неразборчивости, от отсутствия у них знаний. Мы решили попробовать идею спорта и создать молодежный спортивный центр. Это удвоило внешний эффект СПИД центра, где каждый тренер женской команды имел также обучение врача. Так, очень медленно, стало крепнуть некое доверие к усилиям по здравоохранению. Мы отобрали девять проектов в качестве финалистов, разослали их по всему региону, а затем каждая община выбирала себе окончательный проект. Они говорили: «Этот дизайн – наш». Ведь речь не только о привлечении местных сил, но и о предоставлении им возможности создавать, влиять и становиться частью процесса восстановления.

После того, как был выбран лучший дизайн, конечно же работаем непосредственно с местными общинами и с клиентами. Вот дизайнер. Он работает с первой женской футбольной командой в Kwa-Zulu Natal, Siyathemba. Они расскажут о себе лучше.

Видео: Добрый день, меня зовут Сиси. Я работаю в Африканском центре. Я консультант и игрок национальной команды по футболу за команду Южной Африки, Bafana Bafana. А также я играю в лиге Vidacom за команду Tembisa, которая теперь стала Siyathemba. Это наше поле.

Sinclair: Я покажу это позже, потому что не укладываюсь в отпущенные мне рамки. Я вижу, Крис посматривает на меня, с ухмылкой.

Вот тут сработали наработанные связи: встреча с инициатором создания первого в Африке центра дистанционной медицины, в Танзании. Встреча была буквально пару месяцев назад, а мы уже разработали дизайн, команда там, работает с партнером. Такая стыковка специалистов и инициаторов произошла благодаря участникам TED: [нечетко], Cheryl Heller, Andrew Zolli. Они познакомили меня с этой замечательной африканкой. Начинаем строительство в июне, будет готово к началу конференции TEDGlobal. Так что, когда будете на TEDGlobal, можете проверить.

Больше всего мы известны благодаря нашей деятельности по катастрофам и по развитию; и мы вовлечены в решение многих проблем: цунами, ураган Катрина и прочее. Это жилище за 370 долларов легко собирается из элементов. Дизайн разработала община. Социальный центр сообщества, дизайн самого сообщества. Достигается это так: мы живем и работаем в местной общине, и они являются частью процесса проектирования. Дети привлекаются для определения месторасположения общественного центра и, в конечном итоге, освоив строительные навыки, община, в конце концов, строит здания с нашей помощью.

Вот еще одна школа. Смотрите, что ООН предоставила этим людям: 12 тентов на 6 месяцев. Дело было в августе. Потом пришла замена, рассчитанная на двухлетнюю службу. Когда идет дождь, ничего не слышно, а летом температура внутри достигала 60 градусов Цельсия. Мы предложили собирать воду во время дождя. Каждая из наших школ имеет систему сбора дождевой воды. Затраты очень низкие: здание на три классные комнаты, вместе с системой водозабора обходится в $5000. Средства собраны продажей горячего шоколада в Атланте. Школа построена родителями. Дети на строительной площадке, участвуют в постройке. Школа открылась пару недель назад, и теперь 600 детей ходят в школу.

(Аплодисменты)

Так вот, беда стучится в дверь. Все мы видели на каналах CNN и FoxNews плохие новости об урагане Катрина, но мы не видели хороших новостей. Эта группа людей, собрались вместе и сказали «Нет» пассивному ожиданию. Партнерство сформировалось из разнообразных людей. Разбили карту (наиболее пострадавшего района) East Biloxi (в Новом Орлеане), распределили между собой, и взялись за работу. Мы насчитали 1500 добровольцев по восстановлению и воссозданию домов. Зная FEMA (Федеральное Агентство по Чрезвычайным Ситуациям) и их правила, мы не стали ждать, пока те нам скажут, как нужно перестраиваться. Работали с местными жителями, вытаскивали их из домов, чтобы те не заболели. Вот какие завалы они очищают самостоятельно. Дизайн жилища. Этот дом будет готов к заселению через пару недель. Вот восстановленный дом, сделан за 4 дня. Это подсобное помещение для женщины, передвигающейся при помощи специальной тележки. Ей 70 лет. Вот что она получила бесплатно от FEMA. Всего за 600 долларов, два дня назад мы быстро построили из сборных элементов прачечную. Стоит, функционирует, и женщина сегодня начала свой бизнес - она стирает одежду для других.

Это Shandra и Calhouns, фотографы. Последние 40 лет они занимались фотодокументированием района Lower Ninth (Новый Орлеан). Это был их дом, а это – их фотографии. Мы им помогаем, работаем вместе над созданием нового дома. Вот проекты, где мы работали сами. Вот проекты, где мы участвовали или помогали. А почему международные организации этого не делают? Вот вам палатки ООН. А вот новые палатки ООН, представленные в этом году. Собираются легко. Единственное изобретение – наличия клапана в окошке. На его разработку и внедрение ушло 20 лет. Мне было 12 лет. Налицо явный сбой в системе.

К счастью, мы не одни. Сотни, сотни, сотни, и еще сотни архитекторов, дизайнеров и изобретателей по всему миру начинают участвовать в гуманитарной работе. Вот опять дома из конопли. Конопля в Японии – это большая тема дебатов. Я не знаю, что они там курят. Вот застёжка для крепления. Разработана человеком, убежденным, что всё можно построить путем крепления мембраны к поддерживающим элементам. Разработчик ранее работал на NASA. Сейчас проектирует дома. Я быстро пробегусь – у меня осталась всего пара минут.

Все это построено за последние два года. А я показал вам кое-что, что заняло 20 лет. Всё это - лишь подборка того, что произошло… что было построено за последнюю пару лет. Бразилия, Индия, Мексика, Китай, Израиль, Палестина, Вьетнам. Средний возраст дизайнера, участвующего в нашем проекте, – 32 года, как и мне. То есть, это молодой… Я просто обязан остановиться, потому, что в зале – (инженеры звания) Arup Fellow. Вот - лучший по дизайну туалет в мире. Если вы когда-либо окажетесь в Индии, советую воспользоваться им.

(Смех)

Крис Любкеман расскажет вам почему. Я уверен, что он так хотел бы провести вечеринку, но … но будущее не за городами с небоскребами, как Нью-Йорк, а вот за этим. Когда вы на это смотрите – вам видится кризис. А мне видится масса изобретателей. Миллиард людей живет в крайней нищете. Мы слышим о них постоянно. 4 миллиарда живут в странах с растущей, но нестабильной экономикой. Каждый седьмой живет в строениях, никогда не имевших проекта. И если мы не предпримем меры против надвигающегося жилищного кризиса, через 20 лет каждый третий человек на Земле будет жить в жилище без проекта или в лагере беженцев. Взгляд налево, взгляд направо – и кто-то из вас троих будет жить так. А каким способом улучшается качество жизни пяти миллиардов людей? С помощью 10 миллионов решений.

Вот и мое желание – это создать сообщество, активно продвигающее инновационный и экологически устойчивый дизайн для улучшения условий жизни каждого человека на планете.

Chris Anderson: Минуточку. Это и есть ваше пожелание (лауреата 2006 TEDPrize)?"

Sinclair: Да, это и есть мое пожелание.

Chris: Вот – его Пожелание (лауреата 2006 TEDPrize)!

(Аплодисменты)

Когда мы создали Architecture for Humanity, у нас было $700 и веб-сайт. Сегодня Крис почему-то решил дать мне $100 000 (величина TEDPrize). А почему не им всем? Архитектура открытого доступа – это путь развития. Сообщество участников наполнено разнообразием – и речь не только об изобретателях и дизайнерах, речь о моделях финансирования. Моя роль здесь - не дизайнерская. Я – центр связи между миром дизайна и миром гуманитарной помощи. Необходимо создать систему, которая будет дублировать меня по всему, потому что я не спал семь лет.

(Смех)

Каковы же необходимые параметры для этой системы? Дизайнеры готовы откликнуться на задачи, выдвигаемые гуманитарным кризисом, но они не желают, чтобы какая-нибудь компания на Западе взяла их идеи и зарабатывала на них прибыль. Для этого (бесприбыльная организация) Creative Commons разработала специальную лицензию для развивающихся стран. Это значит, что дизайнер может … взять проект Siyathemba, который я показал. Это был первый в мире проект с лицензией Creative Commons. Как только проект построен, любое лицо в Африке или другой развивающейся стране может получить техническую документацию и скопировать строительство, причем – бесплатно!

(Аплодисменты)

Так почему бы не дать дизайнерам возможность сделать такие вещи, но при этом обеспечить защиту их прав здесь, в развитых странах? Мы стремимся к созданию сообщества, куда можно подавать идеи, и эти идеи будут опробованы при землетрясениях, при наводнениях, при разнообразных суровых условиях. Почему же это так важно? У меня нет желания ждать следующий ураган, чтобы убедиться, что мой дом сделан как надо. Тогда будет поздно. Нам это надо сейчас. А потому надо работать по всему миру. Я хочу, чтобы вся эта система работала на многих языках. Большинство людей представляют себе архитектора как седовласого мужчину белой расы. Мне этот облик видится по-другому. Мне видится лицо всего мира. Я хочу, чтобы любой человек с любого уголка планеты мог быть частицей такой системы дизайна и разработки. Есть идея учредить конкурсы с предпочтением для нуждающихся, для тех 98%, кто за бортом, Приз Х, если можно так выразиться.

Есть идея разнообразных способов сведения интересов и финансирования. Есть идея объединить fab lab (мелкомасштабных производителей конечного продукта) в каждой стране. Когда я слышу о ноутбуке за $100, о том, как он откроет доступ к образованию для каждого ребенка, я думаю о том, что он обучит каждого дизайнера в мире. Дайте по компьютеру в каждую трущобу, в каждое убежище, и инновации не удержать. Мне это важно знать. Это называется возвратная связь (leap-back). Мы говорим о скачках в развитии вызванным новыми технологиями. В одном из обсуждений на Worldchanging.com я как-то сказал, что в далеких местах я научился большему, чем когда-либо здесь (на родине в США). Так давайте примем эти идеи, приспособим их и применим. Такие идеи обычно адаптируемы, у них должен быть потенциал развития, они могут быть разработаны любым народом мира, могут быть полезны для любого народа мира. Что же для этого потребуется?

Нужна таблица расчетов. У меня нет времени читать этот слайд: меня вот-вот вытолкают со сцены.

Chris Anderson: Оставьте на минуточку слайд на экране.

CS: Так вот, что для этого потребуется? Вы тут умные ребята… Потребуется много вычислительных мощностей: мне нужно, чтобы с любого компьютера в любой точке мира можно было подключиться к системе и не только участвовать в разработке проектов, но и использовать дизайны. Дальше: реферирование проектов. Я хочу, чтобы каждый из инженеров со званием Arup Fellow проверил и подтвердил, что мы делаем стабильные вещи. потому что это - лучшие в мире (их всего 9).

Вот что мне нужно. А ещё вот что. У меня два ноутбука, один из них – вон там. В нем 3000 проектов. Если я уроню этот ноутбук – что будет? Важно сохранить опробованные идеи в надежном и общедоступном месте, в удобном для пользования и получения виде. Моя мама как-то сказала: «Нет ничего хуже, чем быть пустозвоном».

(Смех)

Я устал вести разговоры о переменах. Хочешь изменений – делай изменения! Мы добились изменений в правилах FEMA. Изменений в социальной политике. Изменений в международной реакции. На основе реально построенного. Для меня важно, что мы создали настоящий центр связи для инноваций, причем свободных инноваций. Мы говорим о свободе культуры – вот вам свобода инновации. Вот цитата многолетней давности. (Суть записи: «Поднять всеобщий уровень жизни возможно … к 1985-му году») Даю очки тому, кто знаком с этой записью. Автор опередил время, я думаю, лет на 25. Так давайте же записанное осуществим мы!

Благодарю Вас.

(Аплодисменты)