Камерон Расселл: Внешность не главное. Поверьте мне, я модель

Здравствуйте! Меня зовут Камерон Расселл, и какое-то время я работаю моделью. Вообще-то, последние 10 лет. Мне кажется, атмосфера здесь немножко напряжённая, наверно, из-за этого платья, не нужно мне было его надевать!

К счастью, я захватила с собой смену одежды. Это первое переодевание на TED сцене в истории, а вы — его счастливые свидетели. Если некоторые женщины при виде меня пришли в ужас, вы мне сейчас не говорите, я потом в Твиттере узнаю. (Смех)

Я также отмечу, что я довольно привилегированная в том смысле, что я изменила ваше мнение о себе всего за 10 секунд. Такое возможно не для каждого. Эти каблуки такие неудобные... Хорошо, что я не собиралась в них ходить. Самая сложная часть — это надеть свитер через голову, потому что вы все надо мной засмеётесь... Не смейтесь, пожалуйста. Готово.

Зачем же я это сделала? Так неловко получилось. Надеюсь, не так неловко, как на этой фотографии. Внешность значит многое, но внешность также обманчива. Я только что изменила ваше мнение о себе за шесть секунд. Когда делали этот снимок… на самом деле у меня никогда не было молодого человека. Я очень стеснялась, и фотограф сказал, чтобы я изгибала спину и положила руку на его голову. Кроме хирургии и моментального загара, который мне был нужен для работы пару дней назад, у нас не много средств кардинально изменить свою внешность. Как мы выглядим, как бы обманчиво это ни было, оказывает огромное влияние на нашу жизнь.

Для меня быть бесстрашной означает быть честной. Я нахожусь на этой сцене, потому что я модель. Я нахожусь на этой сцене, потому что я привлекательная женщина с белой кожей, и в нашей индустрии это называется сексапильной внешностью. Я отвечу на те вопросы, которые мне задают, но по-честному.

Первый вопрос: «Как вы стали моделью?» Я всегда отвечаю «меня нашли», но это ничего не означает. В действительности, я стала моделью, потому что я выиграла генетическую лотерею и получила наследство. Что за наследство, скажете вы? В последние несколько веков, мы определяем красоту не только как здоровье и молодость, и симметрию, которой мы биологически запрограммированы восхищаться, но и как рост, худобу, женственность и белую кожу. Это и есть моё наследие, и на этом наследии я зарабатываю. Я знаю, что в зале есть люди, которые скептичны настроены, а может даже есть модницы, которые вспоминают Наоми, Тайру, Джоан Смоллс и Лю Вен. Восхищаюсь вашим знанием моделей, очень впечатляюще. (Смех) Но, к сожалению. я должна вам сообщить, что в 2007 г. один вдохновлённый аспирант Нью-Йоркского университета пересчитал всех моделей на подиуме, всех, кто был нанят, и из 677 моделей, получивших работу, только 27, или меньше 4%, были не белыми.

Следующий вопрос, который мне всегда задают, это «Смогу ли я быть моделью, когда я вырасту?» И я обычно отвечаю: «Я не знаю, я этим не распоряжаюсь». Но на самом деле я хочу спросить у этих девочек: «Зачем?» Знаете? Вы же можете быть кем угодно. Вы можете стать президентом, или изобретателем ещё одного интернета, или ниндзя-поэтом-кардио-хирургом, что было бы потрясающе, потому что вы бы были первым в истории! (Смех) Если даже после этого списка они всё ещё твердят «Нет, нет, Камерон, я хочу быть моделью», тогда я говорю: «Вперёд!» Потому что я ничем не распоряжаюсь, и вы можете стать главным редактором американского журнала Vogue, или генеральным директором H&M, или ещё одним Стивеном Мейзелом. Утверждать, что вы хотите стать моделью, когда вырастете, сродни утверждению, что вы выиграете суперлото, когда вырастете. Это вне Вашего контроля, и это замечательно, но это не карьера. Я для вас продемонстрирую модельные знания, накопленные мной за 10 лет. В отличие от кардиохирургов, я могу ими поделиться прямо здесь, прямо сейчас. Скажем, фотограф здесь, а лампы там, и клиент говорит: «Камерон, нам нужен снимок, где ты идёшь по улице», тогда эта нога идёт вперёд, вытянутая, эта рука идёт назад, а эта вперёд, голова повёрнута на три четверти, и так и пошли, взад и вперёд, оглядываясь на своих воображаемых друзей, 300, 400, 500 раз. (Смех). И выглядеть это будет примерно так. (Смех). Надеюсь, лучше, чем на этом снимке посередине. Там вообще неизвестно, что произошло.

К сожалению, к тому времени, когда мы заканчиваем университет, пишем резюме и начинаем работать, выбор у нас не такой большой. Так что если вы хотите стать президентом, а в резюме у вас написано «Модель нижнего белья: 10 лет» люди на вас будут странно смотреть.

Следующий вопрос, который мне всегда задают, это «Ретушируются ли все фотографии?» Да, в практически все фотографии вносят правки, но это только маленький компонент всего, что происходит. Этот снимок был моим первым, и я в первый раз надела бикини, и это ещё до половой зрелости. Я знаю, что это личное, но мне на самом деле было мало лет. За несколько месяцев до этого фото я выглядела вот так, вместе с бабушкой. Это я в тот же день, когда снимали это фото. Моя подруга пришла со мной на съёмку. Это я ночевала у подруги за несколько дней до съёмки во французском Vogue. Это я и моя футбольная команда, а это я в журнале V. А это я сейчас. Я надеюсь, вы видите, что эти фотографии на самом деле не мои. Они конструкции группы профессионалов: парикмахеров, косметологов, фотографов, стилистов и всех ассистентов, по предварительной работе и по окончательной, и так фотографии и делаются. Это не я.

Ещё один вопрос, который мне часто задают, это «Получаешь ли ты вещи бесплатно?» И у меня на самом деле слишком много обуви на высоком каблуке, которую я никогда не ношу, разве что сюда. Что я на самом деле получаю бесплатно, и об этом модели говорить не любят, так это в жизни. Я выросла в Кембридже, и однажды я пошла в магазин и забыла кошелёк, а они дали мне платье бесплатно. Когда я была подростком, я однажды каталась на машине со своей подругой. Она водила ужасно и проехала на красный свет. Нас остановили, и мне было достаточно сказать «Извините, пожалуйста», и полиция нас отпустила. Все эти события — заслуга моей внешности, а не моей личности. В мире есть и люди, низко оцененные из-за своей внешности, а не личности. Я живу в Нью-Йорке, и за последний год из 140 000 подростков, задержанных полицией, 86% были или чернокожими, или латиноамериканцами, и большинство из них было мужского пола. В общей сложности в Нью-Йорке живут только 177 000 чернокожих и латиноамериканских подростков, так что для них не вопрос, остановят ли их. Вопрос в том, когда, или сколько раз. Когда я готовилась к этому выступлению, я узнала, что 53% 13-летних девочек в Америке недовольны своим телом. К тому времени, когда им исполняется 17, цифры поднимаются до 78%.

Последний вопрос, который мне часто задают, «Каково это — быть моделью?» И мне кажется, что они хотят услышать, что если ты худая, и волосы у тебя блестят, всё у тебя будет замечательно. И иногда за кулисами мы так отвечаем, что кажется, что это правда. Мы говорим: «Работа отличная — мы путешествуем, работаем с воодушевлёнными, творческими людьми». И всё это правда, но это только половина истории, потому что то, что мы умалчиваем перед камерой, что я никогда в камеру не говорила, так это то, как я неуверенна в себе. И я неуверенна потому, что каждый день мне приходится думать о том, как я выгляжу. И если вы интересуетесь, будете ли вы счастливы, если бёдра у вас будут тоньше, а волосы блестящее, поговорите с группой моделей. У них худые бёдра, блестящие волосы, отличная одежда, и они, пожалуй, самые неуверенные в себе женщины на планете.

Когда я писала своё выступление, у меня возникли сложности, потому что с одной стороны, было бы неудобно прийти сюда и сказать: «Я получила все эти привилегии благодаря выпавшим мне хорошим картам», и неудобно было бы за этим сказать: «и это не сделало меня счастливой». Но самым сложным было рассказать о наследии полового и расового притеснения, когда я получаю выгоду от этого наследия. Однако, для меня честь здесь присутствовать, и это также здорово, что я вам рассказала о своей первой работе, о том, как я зарабатывала на своё образование. Если бы я пришла через 10, 20 или 30 лет, кто знает, может, это не было бы так важно.

Я надеюсь, что после моего выступления все мы сможем признать роль внешности в наших так называемых успехах и так называемых поражениях.

Спасибо. (Аплодисменты)