Комиксы Бена Катчора о старом Нью-Йорке

Я хочу прочесть несколько комиксов. Большинство из них с ежемесячной страницы, которую я пишу, и из журнала об архитектуре и дизайне под названием Metropolis.

И первая история называется «Неправильный переключатель».

Ещё одно новое прекрасно сконструированное здание, разрушенное звуком выключателя на обычной стене. Прекрасно, когда днём комнаты залиты солнечным светом. Но в сумерки всё меняется.

Архитектор провёл сотни часов, создавая отполированные латунные пластины для своей новой офисной башни. А затем рабочему остаётся установить эти 79-центовые выключатели.

Мы интуитивно знаем, куда протянуть руку, когда мы входим в тёмную комнату. Мы автоматически щелкаем пластиковый рычажок вверх. Но звук, который доносится до нас, когда комната наполняется фальшивой яркостью дневного света, вызывает в памяти образ грязного мужского туалета в греческой кофейне. (Смех)

Этот звук окрашивает наше первое впечатление от любой комнаты. Ничего не поделать. Но откуда этот звук, который обычно называют щелчком, берётся? Это просто побочный продукт грубого механического действия? Или это имитация половины набора звуков, которые мы производим, чтобы выразить разочарование? Распространённый дентальный согласный, существующий в неиндоевропейских языках.

Или это усиленный звук активности синапсов в мозгу таракана? В 1950-х они сделали всё возможное, чтобы приглушить этот звук ртутными выключателями и бесшумными переключателями.

Но сегодня эти улучшения кажутся не совсем достоверными. Щелчок — это современная триумфальная труба, преследующая нас всю жизнь, извещающая, что мы зашли в неосвещённую комнату.

Щелкающий звук выключения освещения имеет совершенно другой характер. В нём есть глубоко тоскливый звон. Детям он не нравится. Вот почему они оставляют свет включенным по всему дому. Взрослые считают это утешением.

Но разве не было бы проще установить выключатель, чтобы он запускал рожок с сурдинкой парового судна? Или запись кукареканья петуха? Или раскат грома вдали?

Томас Эдисон попробовал тысячи неподходящих веществ, прежде чем нашёл подходящее для нити своей электрической лампочки. Почему мы так быстро ужились со звуком выключателя? Конец этого комикса. (Аплодисменты)

Следующая история называется «Похвала налогоплательщику».

Многие из городских наипочтеннейших налогоплательщиков выжили после очередного коммерческого строительного бума, что даёт повод для празднования.

Эти одно- или двухэтажные здания, спроектированные, чтобы приносить достаточный доход для покрытия налогов на землю, на которой они стоят, не задумывались как постоянные постройки. По той или иной причине они разрушили попытки застройщиков по объединению в участки, подходящие для высотного строительства.

Хотя у них нет претензий на архитектурную красоту, они, в своей идеальной мимолётности, являются восхитительной альтернативой крупномасштабным постройкам, которые однажды могут занять их место. Наиболее превосходные примеры расположены на углу участка. Они хорошо оттягивают тот момент, когда начнётся плотная застройка вокруг них. Щель для света и воздуха, архитектурная приверженность времени.

Эти здания усыпаны вывесками, поэтому часто нужна секунда, чтобы отличить современного, специально построенного налогоплательщика от его соседа. Маленькое торговое здание, построено в начале века, в нём верхние этажи заперты, а первый этаж работает сейчас в качестве налогоплательщика. Некоторые площади без вывесок часто покрыты характерным тёмным зелено-серым цветом, исчертившим алюминиевую обшивку. Магазины еды на вынос, киоски обработки фотоплёнки, стриптиз-бары и магазины галстуков.

Теперь эти временные здания, в некотором роде, остались как символ лучшей части человеческой жизни. Временное здание — это триумф современного промышленного предприятия. Разумное возвышение желания строить. И доказательство, что не каждую архитектурную идею нужно увековечивать в камне. Конец комикса. (Смех)

Следующая история называется «На коленях у человека». Для древних египтян колени служили платформой, на которую клали земное имущество умершего — 30 кубитов (15м) от стопы до колена.

Примерно в XIV веке итальянский художник сравнил колени с греческим храмом, обитым плотью и тканью. В течение следующих 200 лет мы наблюдаем, как младенец Христос сначала сидит, а потом стоит на коленях Девы Марии. А затем снова обратно. Все дети повторяют это «восхождение», сидя на одной или обеих ногах, сидя в профиль или прислонившись спиной к родителю.

Период, начиная с древних времён и заканчивая куклой чревовещателя, ничто иное, как короткий момент истории. Ты снова опоздал в школу этим утром. Чревовещатель сначала должен заставить нас поверить, что маленький мальчик сидит у него на коленях. Иллюзия речи происходит случайно. Что ты можешь сказать в своё оправдание, Джимми?

Будучи взрослыми, мы восхищаемся коленями из ностальгической дали. Нечёткие воспоминания появляются у нас об этом временном храме, который создаётся каждый раз, когда садится взрослый. В переполненном автобусе всегда были колени, чтобы посидеть. Дети и девочки-подростки лучше всего знают об их архитектурной красоте. Они понимают, как прочна конструкция сильных дядюшкиных колен, по сравнению с шатким механизмом (колен) нервной племянницы на высоких каблуках.

Связь между коленями и их владельцем прямая и очень близкая. Я воображаю, что высотное жилое здание в 36 этажей, на 450 квартир — это причина подумать об умственном здоровье любого архитектора перед тем, как дать ему важный заказ. В ванных и на кухнях, конечно, не будет окон. Коленопреклонная роскошь — это та архитектурная модель из детства, которую мы напрасно ищем уже взрослыми людьми, чтобы пользоваться ей. Конец комикса. (Смех)

Следующая история называется «Коллекция Хаверписа». Ничем не примечательный склад, который на мгновение можно увидеть с трассы северного направления автомагистрали Прикушко, используется как временное хранилище для коллекции Хаверписа европейских сухофруктов.

Глубокие изгибы на поверхности сушёной вишни. Зловещий блеск огромного финика.

Помнишь ли ты, как ребёнком ты бродил среди темных деревянных витрин магазинов? Где все товары были выставлены в банках, защищённых от тараканов, с непонятными этикетками.

Груши, засушенные в форме гениталий. Половинки абрикоса похожи на уши херувима.

В 1962 году непроданный товар был куплен Морисом Хаверписом, богатым владельцем завода по розливу сливового сока, и объединён для создания основы коллекции. Как вид искусства это находится где-то между рисованием натюрмортов и слесарными работами.

После его смерти в 1967 году четверть экспонатов была продана на компот первоклассному гостиничному ресторану. (Смех) Ничего не подозревающим гостям подавали тушёный вековой турецкий инжир на завтрак. (Смех)

Оставшаяся часть коллекции осталась здесь и хранится в обычных коричневых бумажных пакетах, пока не будут собраны деньги на строительство постоянного музея и учебного центра.

Туфля, сделанная из кожи абрикоса для дочери царя.

Конец комикса. Спасибо. (Аплодисменты)