Барбара Блок: Маркировка тунца в открытом океане

Всю свою жизнь я восхищаюсь красотой, строением и жизнью гигантского голубого тунца. Как и мы, голубые тунцы — теплокровные. Это самая крупная разновидность тунца, второй по размерам вид морской рыбы, относящийся к надклассу костных рыб. Тунец является теплокровной рыбой: он передвигается по океану с тёплыми, как у млекопитающих, мышцами. А это один из голубых тунцов в океанариуме "Монтерей Бэй Аквариум". Его форма и обтекаемое тело приспособлены именно для жизни в океане. Тунец плывёт в океане, благодаря грудным плавникам, поднимается к поверхности, развивает скорость при помощи полулунного хвоста. Большая часть его тела покрыта гладкой кожей, что помогает снизить трение с водой. Это один из лучших механизмов природы.

Голубой тунец почитаем людьми на протяжении всей истории человечества. Люди ловили эту рыбу на протяжении 4000 лет, но без нанесения ущерба всему виду. И доказательством этому служит древнее искусство. Изображения голубого тунца можно найти на стенах пещер во Франции и на монетах, возраст которых насчитывает 3000 лет. Человечество почитало голубого тунца. На протяжении всего времени вылов этой рыбы не наносил существенного вреда виду, но в наше время всё изменилось. Голубого тунца преследуют везде. На Земле идёт настоящая "тунцовая лихорадка". Методы отлова тунца, не наносящие вреда численности, существуют и по сей день. Но современные методы ловли рыбы: кошельковые неводы и огромные сети, действительно стирают тунца с лица Земли. В основном, отловленный тунец идёт в Японию. Некоторые из вас, возможно, поучаствовали в уничтожении тунца. У них восхитительно вкусное, богатое жирами мясо. И это их беда: мы скоро съедим их всех. В Атлантическом океане всё предельно просто. Там живут две популяции голубых тунцов: одна крупная, другая поменьше. Вылов североамериканской популяции держится на уровне примерно 2 000 тонн особей в год. Вылов европейской и североафриканской популяций восточного голубого тунца достигает огромных размеров: на протяжении последних десяти лет по 50 000 тонн в год.

Неважно, возьмём ли мы западную или восточную популяцию, результат тот же: численность тунца снизилась на 90% по сравнению с уровнем 1950 года. Поэтому, голубой тунец получил статус, которым обладают тигры, львы, некоторые виды африканских слонов и панды. За последние два месяца было предложено внести этот вид в список вымирающих. Две недели назад было проведено голосование, на котором было решено не включать тунца в список исчезающих видов, несмотря на все научные подтверждения от двух комиссий о том, что они отвечают всем требованиям для включения в Приложение I конвенции СИТЕС. И даже если вас не интересует тунец, возможно, вас заинтересует то, что в расставленные на тунца сети попадаются и такие виды, как кожистые черепахи, акулы, марлины и альбатросы. Эти животные обитают в местах ловли тунца, там же происходит и их истребление. Основная сложность, с которой мы сталкиваемся, это то, что мы очень мало знаем о тунце. Все представляют себе, как лев заглатывает свою добычу. Но вы, наверняка, не видели, как питается гигантский голубой тунец. Проблема в том, что мы очень мало знаем о тунце.

На дворе уже XXI век, но мы только сейчас начали изучать океан по-настоящему. Технологии достигли такого уровня, который позволяет нам смотреть на Землю из космоса и удалённо исследовать морские глубины. Мы должны использовать эти технологии немедленно, чтобы лучше понять, как живёт и функционирует царство океана. Многие из нас, даже я, всматриваются в океан с борта корабля и видят однородное море. Мы не видим его структуру. Мы не можем сказать, где там находится водопой, в отличие от африканской равнины. Мы не видим коридоров и не знаем, что же сводит вместе тунца, кожистую черепаху и альбатроса. Мы только начинаем понимать, как физика и биология океана совместными усилиями рождают движение восходящих вод, особенно важных для океана. Исследование океана крайне сложная задача с технической точки зрения. Очень сложно изучать голубого тунца по всему океану. Очень сложно близко подобраться к серо-голубой акуле и поместить на неё датчик. А теперь представьте себя в команде Брюса Мейта из университета штата Оригон. Вы должны подобраться к голубому киту и прочно закрепить на нём датчик. Это сложная техническая задача, которую нам необходимо решить.

Историю нашей преданной своему делу команды можно описать в двух словах: рыбы и чипы. В основном, мы берём детали из спутниковых телефонов или компьютеров — чипы. Мы комбинируем их вместе в необычных сочетаниях, и это помогает нам проникнуть в царство океана как никогда глубоко. Мы впервые имеем возможность наблюдать за путешествием тунца в океане, используя свет и фотоны для определения восхода и заката. Я изучаю тунца более 15 лет. И я сотрудничаю с океанариумом "Монтерей Бэй Аквариум". Мы фактически взяли кусочек океана, поместили его под стекло и выставили на обозрение голубого и желтопёрого тунца. Когда волна пузырьков поднимается каждое утро, мы можем видеть подводную жизнь, и это единственное место на Земле, где можно наблюдать проплывающего мимо голубого тунца. Мы можем видеть их кипучую деятельность во всей красе. Они неутомимо движутся в пространстве океана. И каждый год 2 миллиона человек могут увидеть эту рыбу и её красоту.

Незримо для посетителей ведется работа в лаборатории Стенфордского университета при сотрудничестве с "Монтерей Бэй Аквариум". Здесь мы содержим голубого и желтопёрого тунца уже более 14 или 15 лет. Мы изучаем эти виды. Но сначала мы должны были узнать, как разводить их. Что они любят есть? Что им нравится? Мы погружаемся в резервуары с тунцами и прикасаемся к их голой коже. Это удивительные ощущения! Кроме того, у нас есть специалисты, умеющие обращаться с тунцами: это Чак Фарвел и Алекс Нортон. Они могут одним движением поместить гигантского тунца в водный карман так, чтобы мы могли с ним работать и научились обращаться с этой рыбой, которая, находясь в открытом океане, не знает, что такое границы. Джефф и Джейсон — ученые, которые собираются поместить тунца на своего рода беговую дорожку — искусственный канал с водным потоком. Тунец, таким образом, думает, что плывёт в Японию, но на самом деле он стоит на месте. А мы в это время измеряем потребление им кислорода и затраты энергии. Мы используем эти данные и строим улучшенные модели. И когда я увидела этого тунца, — я очень люблю за ним наблюдать, мне стало интересно, как он определяет своё положение в пространстве? Взгляните на эту рыбу. Ближе подобраться просто невозможно. Эксперименты в лаборатории научили нас тому, как действовать в открытом океане.

В рамках программы "Пометь тунца" мы прошли путь от Ирландии до Канады, от Корсики до Испании. Мы ловили рыбу во многих странах по всему свету, чтобы поместить электронные устройства внутрь гигантских тунцов. Мы пометили 1 100 особей. Я хочу показать вам три клипа, потому что я пометила 1 100 особей. Это очень сложный, но приятный процесс. Мы вытаскиваем тунца из воды и измеряем его. Команда рыбаков, капитаны, учёные и техники работают вместе, чтобы поддерживать жизнь этой рыбы те 4-5 минут, когда она находится вне океана. Мы льём воду ей на жабры, даём кислород А затем с большим трудом после маркировки, мы помещаем внутрь него датчик, убедившись, что стержень закреплён снаружи так, чтобы фиксировать параметры окружающей среды. Мы отпускаем рыбу обратно в море, и, когда она уходит, всегда радуемся, видя взмах её хвоста. Затем рыбаки возвращают нам датчики за вознаграждение в $1000. Мы анализируем эти данные и получаем информацию о пути, который данная рыба проплыла за период времени равный примерно 5 годам.

Иногда тунцы достигают действительно больших размеров, как, например, особь, выловленная вблизи острова Нантакет. Но она вполовину меньше самой большой особи, которую нам удалось пометить. Нужны серьёзные усилия слаженной команды, чтобы вытащить тунца из воды. Сейчас мы хотим поместить на тунца спутниковые датчики для сбора информации. Этот датчик путешествует вместе с тунцом, распознаёт окружающую среду вокруг него и затем сходит с рыбы, отделяется от неё, всплывает к поверхности и отправляет спутникам данные о местоположении, давлении воды и температуре. Преимущество таких датчиков в том, что нам не нужно забирать их. Оба вида электронных датчиков дорогие. Они были сконструированы командами специалистов из Северной Америки. Это один из наших лучших инструментов, наша новая технология для исследования океана. Особенно хотелось бы выделить одно сообщество, внёсшее наибольший вклад в наше развитие. Это предприятие по разведению рыбы из Северной Каролины. На протяжении более чем десяти лет, каждую зиму в двух деревнях: Харрис и Морхед Сити проводится кампания "Пометь тунца", Вместе с нами работают рыбаки, чтобы пометить от 800 до 900 особей. Сейчас мы хотим измерить рыбу и сделать то, чем занимаемся последнее время: взять образец слизи. Посмотрите, какая блестящая поверхность: можно смотреться как в зеркало! Из этой слизи мы получаем информацию о генах и поле особи, проверяем ещё раз спутниковые датчики и выпускаем рыбу в океан. Это мой любимый момент.

С помощью одного из моих бывших сотрудников, Гарета Лоусона, была воссоздана эта необыкновенная схема передвижения тунца. Он передвигается в цифровом океане. Теплое течение — это Гольфстрим. холодное, вот здесь, это пролив Мэн. Именно туда плывёт тунец, чтобы поохотиться на сельдь. Но он не может добраться туда. Там слишком холодно. Однако затем температура поднимается, и тунец заходит туда, ловит рыбу, потом возвращается домой и вновь отправляется в залив, а вскоре плывет на зимовку сюда, в Северную Каролину, и отсюда на Багамы. А это моя любимая сцена — три тунца входят в Мексиканский залив. Эти три особи помечены. При помощи спутников мы определяем их местоположение. Они идут вместе. Возможно это спаривание. И вот они на месте. Здесь они откладывают икру. Эти данные помогают нам создавать такие карты. На этой карте вы видите местоположение тысяч тунцов, помеченных за последние пятнадцать лет. А теперь вы видите, как западный тунец передвигается на восток. Итак, мы имеем две популяции тунца, одна из которых популяция залива — и её мы можем пометить — направляется в Мексиканский залив — я вам ее показывала — и вторая популяция. Вместе с нашим североамериканским тунцом европейский тунец, который направляется в Средиземное море. В местах особенно важных для сохранения океана их популяции смешанные.

Полученные данные мы показываем Международной комиссии, строим новые модели, показывая, что существующая двухпопуляционная модель, которая, до сегодняшнего дня, не подходила под конвенцию СИТЕС, это неправильная модель. Данная модель частичного смешения, это шаг вперед. И теперь мы можем предсказать, где находятся места, которым необходим особый режим управления. Например, Мексиканский залив и Средиземное море это территории, где встречаются особи одного вида, одной популяции. Эти места и необходимо охранять. В центре Атлантики, где встречаются два вида, я могу представить законодательную базу, которая позволяет Канаде и Америке ловить тунца, потому что они хорошо контролируют свои места для ловли и проделывают действительно хорошую работу в этом плане. Но в международном пространстве, лов рыбы вышел из-под контроля это территории, которым нужно уделить особое внимание. Чтобы защитить вид голубого тунца, они должны быть вот такого размера.

Второй проект называется "Маркировка тихоокеанских пелагических видов рыб". Мы работали как международная команда в рамках программы "Перепись населения океана". Нас финансирует Фонд Альфреда Слоуна и другие организации, так что у нас есть возможность проводить масштабные исследования — мы один из 17 полевых проектов — и помечать огромное число хищников, помимо тунца. Мы стали помечать лососёвую акулу на Аляске: встретили её на её территории, следили за тем, как она ловит лосося, и поняли, что если мы возьмём лосося и выставим его в качестве приманки, то сможем поймать акулу. Этот вид — родственник белой акулы, и если мы будем очень осторожны (заметьте, я сказала: "очень осторожны"), мы сможем держать её в спокойном состоянии, вставим шланг в её пасть, спустим за борт и пометим, прикрепив спутниковый датчик. У нашей акулы теперь будет "телефон", способный отправлять сообщения. А у этой плывущей акулы, если вы присмотритесь, есть антенна. Эта акула со спутниковым датчиком, отсылающим нам данные, свободно охотится и прыгает за лососем. Мы маркируем не только лососёвых акул. А вот на температурной карте с разрешением в один метр мы видим лососёвых акул. Тёплые оттенки цветов обозначают теплоту воды. Лососёвые акулы плывут в тропические воды, чтобы размножаться, и приплывают в Монтерей.

Недалеко от Монтерея и на Фараллоновых островах работает команда по изучению белых акул, возглавляемая Скоттом Андерсоном и Сэлом Йоргенсеном. Они могут выбросить приманку в виде ковра в форме тюленя, и тогда к нашей пятиметровой лодке подойдёт белая акула, любопытное существо, Эта рыба весит несколько тонн. Мы обмотаем приманку сетью, а на тело акулы поместим датчик с гудком, на котором будет написано "OMSHARK 10165", или что-то вроде того. Затем мы прикрепим спутниковый датчик, который собирает информацию о путешествиях акулы при помощи упрощённых световых геолокационных алгоритмов, на компьютере, который установлен на теле рыбы. Сейчас Сэл смотрит на двух помеченных особей. А вот и они: белые акулы Калифорнии, плывут в своё кафе и возвращаются обратно. Вместе с нашими коллегами из Национального управления океанических и атмосферных исследований мы помечаем серо-голубых и синих акул. И теперь, наложив все данные, мы можем видеть на этой модели океана (цветом показана температура воды) десятидневные передвижения голубых и лососёвых акул. У нас есть белые и синие акулы. Впервые эколандшафт, размером с весь океан, показывает, где плавают акулы.

Команда нашего второго проекта проделала просто невероятную работу: она пометила 1700 особей голубого, желтопёрого и длиннопёрого тунца, и всё это в рамках одного проекта. Хорошо отработаны программы по маркировке: мы выходим в открытое море, выбираем молодых особей, берём датчики с сенсорами, прикрепляем к тунцу и отпускаем его. Мы получаем датчики обратно, и когда они возвращаются, на цифровой модели океана в НАСА можно увидеть, как голубой тунец плывёт по своему коридору, возвращаясь в западную часть Тихого океана.

Наша команда из Калифорнийского университета пометила морских слонов датчиками, которые крепятся им на голову и отпадают, когда сходит старая кожа. Эти данные покрывают половину океана и относят нас на глубину в полкилометра — невероятные данные! Здесь работает Скотт Шаффер: его буревестники оснащены световыми датчиками для тунца, определяющими его местоположение которые проведут нас от Новой Зеландии до Монтерея и обратно. Путешествие длиной в 35000 морских миль, которого вы никогда не видели прежде. Но теперь, при помощи этих миниатюрных световых геолокационных датчиков, эти перемещения может увидеть каждый. То же самое и с темноспинными альбатросами, которые летят через весь океан, устремляясь в те же зоны, что и тунец. Это объясняет, почему они находятся под угрозой исчезновения. Есть и команда Джорджа Шиллингера из Плайа-Гранде, которая помечает кожистых черепах, проплывающих в тех же местах, где мы работаем. А здесь работает команда Скотта Бенсона, которая обнаружила, что кожистые черепахи проплывают расстояние от Индонезии до Монтерея. И что же мы теперь можем видеть на этой электронной модели океана? Мы видим хищников. Мы видим, как они используют эколандшафт размером с целый океан.

И используя данную информацию, мы можем начать составлять карты особо значимых мест океана. Здесь вы видите лишь данные за три года. А здесь уже за десять лет. Мы видим динамику и сезонную активность этих животных. Больше всего нас интересует информация о местах наибольшей активности жителей океана. 4000 помеченных особей, непосильная задача; 2000 датчиков в зоне. Эти данные демонстрируются впервые здесь, неподалеку от Калифорнийского побережья, которое оказывается местом встречи представителей подводного мира. К тому же, эти животные ещё и помогают нам. Они переносят на себе приборы, которые записывают данные на глубине 2000 метров. Они берут информацию из таких важных и труднодоступных мест, как Антарктида и полюса. Например, тюлени, которые были помечены во многих странах, с помощью датчиков берут образцы под слоями льда и предоставляют информацию о температуре океана на обоих полюсах.

Когда эти данные представлены в графическом формате, то это удивительное зрелище. Однако мы пока не определились с тем, как их лучше представить. Затем, когда эти животные передают нам информацию, которая важна для исследования климата, мы считаем своим долгом донести эту информацию до общественности, заинтересовать её. Мы сделали подобное, организовав Большую черепашью гонку: наблюдение за передвижением помеченных черепах, привлекло на наш сайт 4 миллиона посетителей. А теперь, при помощи проекта "Гугл Океан", мы можем поместить на карты и белую акулу. Когда мы это сделаем, и она поплывёт, мы получим эти ценные данные, которые акула собирает на своем пути от Калифорнии до Гавайев. Но, возможно, миссия "Голубая планета" поможет заполнить пробелы в знаниях об океане. У нас есть возможность, у НАСА океан. Нам нужно лишь объединить всё это в единое целое.

В заключение, я хочу сказать, что мы знаем, где находится североамериканский Йеллоустон: Он рядом с нашим побережьем. У нас есть технологии, которые показали нам, где он. Что касается миссии "Голубая планета", то мы, возможно, должны увеличить объём собираемых данных. Каким же образом мы можем сделать подобную работу в других местах? И наконец, отправить сообщение домой — возможно, используя прямые каналы связи: голубых китов и белых акул или с помощью инновационных приложений. Многим людям было любопытно узнать, когда белые акулы проплывали под мостом Золотые ворота. Давайте же вовлечём людей в это действо посредством iPhone и таким образом покончим с некоторыми интернет-мифами.

Итак, мы можем спасти голубого тунца. Мы можем спасти белую акулу. С нами наука и технологии. Надежда есть. Мы сможем. Нам нужно лишь применить наши возможности на практике в океане.

Спасибо за внимание!

(Аплодисменты)