Арис Венетикидис: Разбираясь в картах города

Я профессионально занимаюсь организацией информации. Я графический дизайнер. По роду занятий я стремлюсь логически понять вещи, в которых, на первый взгляд, никакой логики нет.

Моему отцу сложно понять, чем я зарабатываю себе не хлеб. Мои предки с его стороны были фермерами. Он принадлежит к этническому меньшинству понтийских греков. Они жили в Малой Азии, но вынуждены были бежать в Грецию из-за геноцида около ста лет назад, и с тех пор миграция проходит особым лейтмотивом в моей семье. Мой отец переехал в Германию, учился там и впоследствии женился. В результате мне достались полунемецкие мозги с аналитическим мышлением и придурковатым поведением, которое полагается в придачу. И это, конечно, означало, что я был чужаком в обеих странах, и поэтому мне ничего не стоило тоже переехать в другую страну, следуя семейным традициям.

Но, конечно, большинство наших каждодневных поездок сводятся к перемещению по городу, и если вы знаете город, перемещение из пункта А в пункт Б не составляет особого труда, не правда ли? Но вопрос в том, почему это так очевидно? Как мы узнаём, куда идти?

Итак, я причалил в Дублинском порту около 12 лет назад, профессиональный иностранец; я уверен, каждый из вас что-то подобное испытывал. Ты приезжаешь в незнакомый город, и твой мозг пытается разобраться, что к чему в этом новом пространстве. Как только ты нашёл точку отсчёта, свой дом, ты начинаешь строить когнитивную карту окружающей среды. Эта виртуальная карта существует только в мозгу. Все животные способны на это, хотя мы используем немного разные механизмы. Мы, люди, конечно же, не метим территорию, перемещаясь по местности, как это делают собаки. Мы не летаем, излучая ультразвук, как летучие мыши. Нам это просто несвойственно, хотя ночь в Темпл-Баре может закончиться непредсказуемо. (Смех)

Мы следуем двум важным правилам, чтобы сделать место своим. Во-первых, мы движемся по линейным маршрутам. Обычно мы находим главную улицу, и эта главная улица становится линейной маршрутной картой у нас в голове. Наш мозг хранит информацию в упрощённой форме. Любая улица воспринимается обычно как прямая линия. Мы игнорируем небольшие изгибы дороги. Однако когда мы сворачиваем на боковую улицу, наш мозг подгоняет поворот под прямой угол. Это объясняет некоторые смешные моменты, когда ты в каком-нибудь старом городе, построенном по кольцевой логике. Возможно, это с вами тоже случалось. Пусть вы где-то на боковой улице, отходящей от главной площади, и вы хотите дойти до другой точки на такой же боковой улице. Когнитивная карта в вашем мозгу подскажет вам: «Арис, иди обратно к главной площади, поверни на 90 градусов и иди по другой боковой улице». Но вы сегодня как-то особенно настроены на приключения, и вы случайно обнаруживаете, что две эти точки отделяло друг от друга всего лишь одно здание. Не знаю, как вам, а мне в таких случаях кажется, что я обнаружил какую-то спрятанную лазейку или пространственный портал.

Итак, мы следуем линейным маршрутам, и наш мозг выпрямляет улицы и воспринимает повороты, как углы в 90 градусов.

Второе, что мы делаем, чтобы обустроиться на месте — мы приписываем смысл и эмоции объектам, которые мы встречаем на пути. Если вы отправитесь в ирландскую деревню и попросите бабушку указать дорогу, готовьтесь к замысловатым ирландским рассказам обо всех местных достопримечательностях. Она расскажет вам о пабе, где работала её сестра, о церкви, где она венчалась и так далее. Мы заполняем когнитивные карты такими вот смысловыми маркерами. Более того, мы обобщаем, повторяем шаблоны и узнаём их. Мы узнаём их благодаря опыту, и мы обобщаем их до символов. И, конечно, мы все способны понимать, что эти символы означают. Более того, мы способны понимать когнитивные карты, и вы все способны сами создавать эти когнитивные карты. Так что в следующий раз, когда вам будет нужно объяснить другу, как добраться до вашей квартиры, вы схватите подстаканник или салфетку и создадите великолепный образец коммуникационного дизайна. Он состоит из прямых линий и прямых углов. Возможно, на пути вы добавите какие-нибудь символы. Когда вы взглянете на то, что нарисовали, вы заметите, что это мало походит на карту города. Если бы вы наложили настоящую карту поверх того, что только что нарисовали, вы бы увидели, что улицы и расстояния не соответствуют действительности. То, что вы только что нарисовали, больше похоже на диаграмму или схему. Это визуальная конструкция из линий, точек, букв, разработанная на языке нашего разума.

Поэтому неудивительно, что икона информационного дизайна предыдущего столетия, мастерски демонстрирующая, как добраться из пункта А в пункт Б — карта Лондонского метро — была разработана не картографом и не инженером, а чертёжником. В 1930-е годы Гарри Бек применил принципы схематичного дизайна и навсегда изменил то, как выглядят карты общественного транспорта. Ключ к успеху этой схемы заключался в пренебрежении маловажной информацией и в крайнем упрощении. Прямые улицы, углы в 90 и 45 градусов, а также предельное географическое искажение на карте. Если вы посмотрите, где на самом деле находятся эти станции, вы увидите, что они находятся далеко друг от друга. Но это всё для ясности схемы метро. Если вы, например, хотите добраться от Регентс-Парка до Грейт-Портленд-Стрит, согласно карте вам надо доехать на метро до Бейкер-Стрит и пересесть на другую ветку. Конечно, вам невдомёк, что эти две станции находятся в ста метрах друг от друга.

Мы подошли к вопросу общественного транспорта, а общественный транспорт здесь в Дублине — тема щепетильная. Для незнакомых с транспортной системой Дублина: принципиально у нас есть система местных автобусов, которая расширялась вместе с городом. Для каждого нового пригорода добавлялся новый маршрут, соединяющий окраины с центром. Когда местные автобусы достигают центра города, они едут бок о бок и встречаются на одной главной улице.

Когда я сошёл с корабля 12 лет назад, я пытался понять эту систему, потому что только так можно изучить город на своих двоих. Но когда ты пытаешься разобраться в незнакомой тебе системе общественного транспорта, ты в уме строишь когнитивную карту подобным образом. Обычно ты выбираешь какой-нибудь быстрый маршрут, и в твоей голове он выглядит как прямая линия. Как жемчужное ожерелье, все станции и остановки аккуратно приземляются вдоль линии, и только потом ты обнаруживаешь другие местные маршруты, которые заполнят пробелы. Тогда можно будет срезать путь через межпространственный портал. Когда я только приехал, я пытался разобраться в этой системе и искал какую-нибудь брошюрку, которая бы помогла мне всё понять. Нашёл я вот эти брошюры. (Смех) Они не были географически искажены. В них было пропущено много информации, но, к сожалению, не той информации. Например, в центре: в брошюре не были указаны ни маршрутные линии, ни названия станций. Современные карты транспорта в Дублине лучше, а когда я закончил свой проект, они стали ещё лучше, но до сих пор ни названий станций, ни маршрутов.

Так что, будучи наивным и наполовину немцем, я решил: «Арис, почему ты сам не разработаешь карту?» Этим я и занялся. Я изучил, как проходят маршруты через город: просто и логично, каждый маршрут имеет отдельную линию, и я вставил эти линии в мою собственную карту Дублина. В центре города у меня получилась замечательная тарелка со спагетти. (Смех) Здесь так просто не разберёшься, так что я решил применить правила схематичного дизайна: расчистил коридоры, расширил улицы, где проходит много автобусов, выпрямил улицы, использовал углы в 90, 45 градусов или их доли и заполнил это пространство автобусными маршрутами. На этой схеме автобусных маршрутов отражено, как дело обстояло пять лет назад. Я увеличу изображение, чтобы вы могли оценить эффект на набережной и на Вестморлэнд-Стрит. (Смех) Теперь я могу с гордостью заявить — (Аплодисменты) — я могу с гордостью заявить: как карта общественного транспорта, эта диаграмма никуда не годится. (Смех) Пожалуй, кроме одного аспекта: я теперь хорошо визуально представлял, как на самом деле был перегружен центр.

Можете назвать меня старомодным, но я думаю, что схема маршрутов общественного транспорта должна состоять из линий, чем маршруты по сути и являются. Это маленькие отрезки нити, проходящие сквозь центр города или весь город. Если хотите, грек внутри меня настаивает, что схема без линий — это как войти в Лабиринт Минотавра без путеводной нити Ариадны. Итог моего научного исследования, множества анкет, изучения примеров, карт, заключался в том, что многие проблемы и недостатки дублинской транспортной системы — это результат отсутствия вразумительной карты общественного транспорта, упрощённой, понятной транспортной карты. Я считаю, это важная ступень на пути к пониманию сети общественного транспорта на физическом уровне. Суметь визуально изобразить транспортную сеть — важное достижение само по себе.

Я начал сотрудничать с господином Джеймсом Ли, инженером-строителем и недавним выпускником магистерской программы Устойчивого Развития Технического Института Дублина. Вместе мы спроектировали эту упрощённую модель транспортной сети, которую я впоследствии визуализировал.

Вот что у нас получилось. Мы распределили коридоры скоростного транспорта по центру города и продлили их до окраинных районов. Скоростные, потому что они были запланированы для скоростных видов транспорта. Для них будет выделена отдельная дорожная полоса, где это возможно; это транспорт высокого качества, готовый к большим нагрузкам. Джеймс хотел использовать скоростные автобусы вместо рельсового транспорта. Для меня же было важно, чтобы транспортные средства в скоростных коридорах было легко отличить от местных автобусов на улицах. Теперь можно было отказаться от местных автобусов, которые шли по тем же маршрутам, что и новые скоростные средства. Все неохваченные промежутки на окраинах заново заполнялись новыми маршрутами. Другими словами, если в окраинном районе был автобус, мы наносили этот маршрут обратно, только теперь эти автобусы не будут ехать до центра, а будут соединены с ближайшим скоростным маршрутом, с одной из этих толстых линий на схеме. Оставшаяся работа заняла несколько месяцев, стоила мне нескольких ссор с моей девушкой — наш дом был постоянно завален картами. Результатом, одним из результатов, стала эта карта Дублина и окрестностей. Я её немного увеличу. На этой карте только скоростные маршруты, без местных автобусов, очень в стиле карты метро, которая так популярна в Лондоне и которая впоследствии была перенята столькими мегаполисами. Поэтому это язык, который мы должны использовать при создании карт общественного транспорта. Что тоже важно, при такой упрощённой системе я мог справиться с первоначальной задачей и создать транспортную схему центра города, которая будет содержать не только скоростные линии, но также маршруты местных автобусов и улицы. Такая карта могла бы выглядеть вот так. Я немного увеличу изображение. На этой карте размещены все виды транспорта: скоростной транспорт, автобусы, поезда, трамваи и т.д. Каждый маршрут отмечен отдельной линией. На карте указаны все станции, все имена станций, а также боковые улицы; вообще-то, большинство боковых улиц даже с названиями, и вдобавок несколько достопримечательностей. Некоторые из них отмечены маленькими значками, другие — изометрическими трёхмерными изображениями, снятыми с высоты птичьего полёта. Карта довольно небольшая по размеру, так что её можно держать в руках как обычную раскладывающуюся карту или разместить на информационной доске на автобусной остановке. Я считаю, она близка к идеальному балансу между достоверным представлением и упрощением, языком человеческого разума для поиска пути. То есть прямые улицы, явные повороты и, конечно, что очень важно — географическое искажение, которое делает транспортные схемы вообще возможными. Если взглянуть на два основных коридора, проходящих через город, они отмечены жёлтым и оранжевым. Это то, как они выглядят на обыкновенной карте, а это как бы они выглядели на моей искажённой, упрощённой транспортной схеме.

Итак, для успешной транспортной карты не стоит придерживаться точных представлений, нужно учитывать то, как работает наш мозг.

Мой проект вызвал большой резонанс. Было очень приятно. И, конечно, я лично был очень рад, что мои родственники в Германии и Греции наконец-то получили представление о том, чем я зарабатываю на жизнь. (Смех) Спасибо. (Аплодисменты)